Неподчинение

В обычную больницу нельзя, мы приезжаем в частную клинику, где главврач не сдаст Зай, даже если Динар притащит сюда свою жопу вместе с отцом-мэром.

— Виталич, принимай, — захожу, все так же не выпуская из рук девушку. Ее волосы, длинные, спутанные, свисают неровной волной, ноги босые. Она, черт возьми, пахнет бомжом, — не больно-то о ней пеклись все эти дни, что Зайка провела. Виталич окидывает ее взглядом суровым, нахмуренным, губы жует, а потом выдает:

— Под чем она?

— В душе не… знаю, — сдержался, знаю, Виталич не любит мат, — но надо срочно откачивать.

— Криминальная? — я кивнул, Виталич проматерился, а потом по интеркому вызвал кого-то, — каталку на пост.

Я положил на каталку Зай, медсестра датчиками ее обвешивать начала, Виталич в зрачки светит, пульс мерит с серьезным лицом. А я ему денег в карман сунул, ещё и по руке огреб — от него же.

На улицу вышел, сигарету сразу в рот засунул, набрал Илью. Знал, что услышу, на душе горько так, поскудно.

— Все, — ответил он сразу, и в этом его ""все"" так много было вложено.

— Сейчас подъедем.

Мне нужно было пять минут. Пять минут, чтобы выкурить две подряд, обмозговать расклад.

Рядом тихонько Игорек пристроился. Руки дрожат. Зря его с собой взяли, я уже всерьез пожалел.

— Почему мы Мишку сюда не привезли?

Видно, что его вопрос этот всю дорог терзал. Я молчал, курил медленно. Некоторые вещи сложно объяснить. Он, наверное, думает, что я все ради бабы бросил. Может, и прав пацан.

— Не довезли бы, Игоряша, — вздохнул, голову задрал. Небо звёздное над башкой, луна. Волком на нее выть хочется. — Не довезли бы…

— Почему за мажором этим никого не отправили?

Потому что ничего кроме Зай значения не имело в тот момент. Я облажался, и теперь бежать за ним смысла не было. Обе девчонки у меня, конверт заветный, — разберемся.

— Не хочу людей лишаться больше. Надо на другом уровне решать.

Он ещё хотел спросить что-то, но не стал. Сигарета дотлела до самого фильтра, нужно было ехать, разбираться. Тачку искать свою, утырком этим угнанную. Но для начала я позвонил в центр: время позднее, темно уже, а там ребенок. Охранник Ясмин сразу ответил:

— В окно глядит сидит. Спрашивала, когда вы приедете.

— Попроси Маришку развлечь ее, скажи, я буду скоро. И глаз с девчонки не спускай, башкой за нее своей отвечаешь.

Как представил Ясмин одинокую, с зайцем наперевес, так кулаки сразу сжимаются. Глубоко они в душу мне запали, это семейство заячье.

Обратно долетели быстро, но Мишку уже в труповозку погрузили, тело готовили к отправке. Снова принялся с ментами разбираться, зачастил я уже в эти дни с ними встречаться. Ребята и тачку нашли, — Бикбаев бросил ее недалеко. Мне хочется каждому предъявить, — как так вышло, что мы его упустили, что Михон себя подставил, под пулю так глупо попал.