Перстень Иуды

Бегать по степям в мороз, как зайцу, это не по мне. Я ухожу. Хотите совет? Сожгите, что можете, и бегите! Наши все так и поступили… Прощайте, Юрий Митрофанович. Бог даст – свидимся…

Самохвалов быстро переоделся в заранее припасенную штатскую одежду, сунул в карманы два револьвера – и был таков!

Капитан Латышев был ошарашен будничностью и циничностью этого предательства. Он не знал, что ему делать. Можно присоединиться к тем, кто отступает с Корниловым, но куда же деть три железных ящика с секретными документами? На себе их не унести, доверять такие материалы никому нельзя… Сжечь, как советовал Самохвалов? Но кто дал ему такое право? А если через час прибудет начальство?.

В феврале темнеет рано. Уличные фонари не горели, только свет желтой луны бросал тень от оконных рам на пол. Юрий Митрофанович сел на стул в вестибюле разбитой гимназии и закурил. Он решил ждать до полуночи, а там действовать по обстановке. Но тут к нему подскочил взволнованный подпоручик:

– Господин капитан, а вы знаете, что охрана разбежалась? Мы с вами остались вдвоем. Так что же делать?

– Жечь документацию! – решительно заявил Латышев и поднялся.

Глава 4

Штыкам навстречу

Февраль 1918. Ростов – Нижне-Гниловская

С подпоручиком Глинских они вышли на улицу на рассвете, когда в городе уже вовсю слышалась стрельба. Ледяной ветер острыми беспощадными зубами грыз телеграфные провода, по которым еще поступали успокаивающие депеши и призывы развернуть надежную оборону. Они шли в шинелях и башлыках, переодеться в штатское не было возможности. Очень скоро одежду стало продувать насквозь.

– Куда вы направитесь, Кузьма? – спросил Латышев молодого человека.

– Не знаю, – пожал тот плечами.

– Вы сколько служите? В каких частях?

– С лета. В пехоте.

– Так всем и говорите. А наш мандат порвите и ни под каким видом не признавайтесь, что были прикомандированы. И меня, в случае чего, не знаете. Случайно познакомились, и все…

– Думаете, дойдет до допросов? – испуганно спросил Глинских.

– Да черт его знает, до чего оно дойдет…

Юноша закусил губу.

– Хоть это и стыдно, но признаюсь: мне страшно… А вы куда пойдете?

– И я не знаю… Хотя…

Латышев задумался.

– Если хотите, двинемся вместе в станицу Нижне-Гниловскую. Там есть казак знакомый, отлежимся у него, пока все успокоится, одежду гражданскую нам найдет… А там видно будет…

Кузьма даже обрадовался.

– Конечно хочу! Мне выбирать не из чего. Далеко до вашей Гниловской?

– Прилично. За полдня дойдем. Главное, товарищам на глаза не попасться…

Но им повезло: красные входили в город с юга, а они беспрепятственно выбрались на западную окраину и покинули город.