По-другому (СИ)

– Если бы что?

– Если бы тебя не любила, – закусив губы, опускаю взгляд в пол. Меринов тоже волнуется. Просовывает одну руку в карман, тут же достает – сжимая и разжимая кулак. А потом ко мне шагает и, оттеснив к выкрашенной голубой краской стенке, наклоняется. В страшном волнении медленно поднимаю ресницы. Темный взгляд горит, челюсти стиснул так, что как только зубы выдерживают. Напряженный просто донельзя. Касаюсь пальцами глубоких заломов в уголках его губ. Веду вверх по переносице, разглаживаю будто судорогой сведенные брови.

– Вчера судье звонил, – сипит. – Та пообещала ускорить процесс.

– А? – уплываю в охватившей меня нежности.

– Говорю, разведут вас на днях. Второй раз, Вероника, ты меня на всякое непотребство подталкиваешь.

– Почему сразу непотребство?

– Потому что не имею я права судей дергать. Сечешь? Особенно по личным вопросам.

Закусываю губу, покаянно киваю:

– Прости. Я постараюсь больше не…

– Да уж постарайся, – рычит и, наконец, целует так, что у меня колени подкашиваются.

Глава 21

– Слушай, ну красота! Даже при учете, что вам еще не один год выплачивать за дом – оно того стоит, – кивает своим мыслям Коршунова, бродя по хоромам Меринова, как какой-нибудь горе-ревизорро.

– Не мне. Это же Ефрема дом.

– Ну а ты тут что – сбоку припека?

– Ой, девочки, не знаю, – прячу улыбку в ладонях. – Кто я здесь? Без понятия. Ефрем уверен, что сделал мне предложение, – добавляю, вконец развеселившись.

– А ты? – ехидно тянет Коршунова.

– Ну-у-у… Даже не знаю. По классике предложения как такового не было. Ефрем настоял, чтобы мы с Юлькой к нему переехали, и, как оказалось, искренне верит, что это оно и было.

– Мужики-и-и! – посмеивается Таня. – Что с них взять?

– Ага, – с удовольствием откидываюсь спиной на диван. Так-то мы с девочками на полу устроились. Опробуем пушистый коврик, который я на днях получила в пункте выдачи одного известного маркетплейса."

"Восьмое марта сегодня. Уже почти две недели, как мы живем с Мериновым большой и дружной семьей. Естественно, что первыми о том, что мы съехались, узнали мои подруги. И, конечно, все это время они только и ждали, когда же я позову их в гости, чтобы познакомить с Ефремом поближе, а заодно показать, как мы с Юлькой устроились. Но я, оберегая наш хрупкий мирок, не спешила впускать в него посторонних. К тому же у меня никак не получалось отделаться от мысли, что на эту встречу мне непременно нужно получить разрешение у Ефрема. Словно он мой папочка, а не любовник, ей богу. А все потому, что, придя, считай, на все готовое, я пока так и не привыкла, что являюсь здесь полноправной хозяйкой.

В итоге, устав от нытья подруг, я поинтересовалась у Меринова, не будет ли он против, если я приглашу Таньку с Иркой отметить Восьмое марта.

– Нет, конечно.