Граф и гувернантка

Вряд ли, конечно, он столь же красив сейчас, но когда не был багровым от ярости, его вполне можно было назвать привлекательным, даже несмотря на шрам. Некоторые женщины испытывали к нему жалость, в то время как другие считали его неотразимым и даже загадочным, ведь шрам на щеке выглядел доблестным боевым ранением. Но презрение? Это ему точно не нравится, особенно если исходит от нее.

– Ты опять улыбаешься? – злобно прошипел Джордж.

– Вовсе нет, – солгала Энн, хотя ее голос и прозвучал язвительно.

– Не пытайся со мной тягаться! – взвился Джордж, ткнув пальцем ее в плечо.

 – Тебе все равно не победить.

Энн безразлично пожала плечами, чем довела его до белого каления.

– Да что с тобой такое? – рявкнул Джордж.

– А что со мной?"

"Энн поняла, что ничто не сможет взбесить его больше, чем ее ледяное спокойствие. Он ждал, что она будет трястись от страха и молить о пощаде, а она отвернулась и устремила взгляд в окно.

– Посмотри на меня! – приказал Джордж.

Энн выждала несколько мгновений и спокойно сказала:

– Не имею ни малейшего желания.

– Кому я сказал! – прорычал Джордж.

– Нет!

– Посмотри на меня!

В его голосе отчетливо звучали истерические нотки, и на этот раз Энн повиновалась, вдруг осознав, что напряглась в ожидании удара.

Она смотрела на него и молчала.

– Думаешь, храбрая? Тебе со мной не справиться!

– И все-таки я попытаюсь, – тихо возразила Энн.

Она действительно не собиралась сдаваться без боя. Если Джорджу все же удастся совладать с ней, Господь свидетель: она заберет его с собой.

Экипаж Плейнсуортов катил по Хемпстед-роуд. Шестерка лошадей неслась с непривычной для этих мест скоростью, и если их процессия выглядела по меньшей мере странно: роскошный экипаж в сопровождении вооруженных людей, – Дэниела это не волновало.

Они, конечно, привлекут внимание, но не Чевила. Он опережал их как минимум на час и если действительно направлялся в одну из гостиниц Хемпстеда, то наверняка уже там, вошел внутрь и, возможно, не заметит их кавалькаду… если только окна его номера не выходят на улицу.

Дэниел судорожно вздохнул. В зависимости от обстоятельств ему придется или действовать как можно быстрее, или же, напротив, не торопиться и проявлять осторожность.

Но судя по тому, что Энн рассказывала о Чевиле, медлить было нельзя.

– Мы найдем ее, – тихо произнес Маркус, словно умел читать мысли.

Дэниел взглянул на друга. Маркус никогда не производил впечатления этакого лихача, никогда никому не угрожал, но зато был надежным, спокойным и уверенным, и сейчас его глаза горели решимостью, которая успокоила Дэниела. Кивнув, он вновь устремил взгляд в окно, а сидевшая рядом с ним тетка нервничала так сильно, что болтала без умолку, сжимая руку дочери.