Путь долга и любви

— Ситар из рода Ланкор никогда не отступает. Но при этом ему не было известно, кто мы и он вряд ли сумеет нас вычислить. А если и сумеет… он же не сунется в королевский дворец, верно? И при этом вам удалось захватить людей Ситара, и вы, вероятно, начнёте на него охоту.

— Не начнём, а продолжим, — подтвердил мои догадки Вонгард. — Охота за этим человеком идёт постоянно и не только в Дурборе. Верилийские власти, насколько мне известно, тоже пытаются его поймать.

Я вспомнила рассказы господина Вакирса и кивнула. Увы, «королевство» Ситара было куда больше, нежели владения того же Вонгарда.

— Думаю, в этот раз Ситар всё-таки отступит, — сказал зеленоглазый монарх. — А если выяснит, на кого напал, то отступит тем более. Он слишком умён, чтобы лезть в петлю, а это именно петля.

Да, пожалуй, король прав.

— Но я всё равно буду надеяться, что вы его поймаете.

— Надеяться можешь, — улыбнулся Вонгард. — Но давай будем реалистами, Эмелис. Шансы поймать Ситара мизерны. Однако повторю — Ситар не дурак, так что, вероятнее всего, вы встретились в первый и последний раз.

Что ж, этот вариант меня тоже устраивает.

За Терри я переживала ужасно, но на подвиг в виде ночёвки у его постели не решилась. Зато велела Бетти разбудить как можно раньше и, потратив всего полчаса на умывания-одевания-причёску, помчалась к нему.

На пороге покоев столкнулась со слугой, который поприветствовал учтивым поклоном и сообщил, что их высочество уже проснулись. Но когда вошла в спальню, мой синеглазый тиран лежал, закинув одну руку за голову, и спал.

Я приблизилась, осторожно присела на край постели и коснулась колючей щеки. Позвала тихо:

— Терри… Терри…

Застонал, замотал головой, но глаза не открыл.

— Терри, — вновь позвала я и, не в силах одолеть соблазн, наклонилась, чтобы попробовать его губы на вкус."

"Это было ошибкой! Роковой ошибкой наивной, бесхитростной блондинки! Ибо в следующий миг глаза распахнулись, объятия, наоборот, схлопнулись, а я, совершив против воли немыслимый кувырок, оказалась прижата к постели горячим мужским телом.

— Попалась, — выдохнул Теридан.

Хотелось возмутиться, но возможности ответить мне не дали. Губы младшего принца завладели моими, ладонь скользнула по груди и устремилась вниз, чтобы замереть на талии. Мир тотчас подёрнулся туманом, тело ослабло, сердце забилось стократ чаще.

— Притворщик! — Не вопль, стон.

— Ну не без этого, — с улыбкой ответили мне, чтобы тут же выпустить из захвата, соскользнуть с постели и, ничуть не стесняясь собственной наготы, направиться к двери умывальни.

— Кир!

Он остановился, обернулся, одарил весёлым взглядом.