Сделка с врагом. Ответ на измену

Плавным движением стягивает одеяло к коленям, прихватывает низ больничной рубахи и тянет ее вверх. Стыдливый румянец опаляет щеки, когда перед глазами Арбатова предстают синяки на животе и ребрах.

Не знаю откуда, но я точно знаю, что он видит е этот момент не мое, покрывшееся мурашками тело, а гематомы, ссадины и повязки.

— Руслан.

— Тиши.ши... всё хорошо, Ариш... всё хорошо.

Озноб охватывает спину и не отпускает. От внутреннего напряжения потряхивает. А потом Сатана почти невесомо касается самого краешка особо пострадавшего участка тела, и я понимаю, что его руки дрожат.

33.

РУСЛАН

Не помню, когда в последний раз так сильно приколбашивало и до одури тянуло смолить.

Именно смолить, одну за одной, взатяг, чтобы кончик сигареты с шипением вспыхивал и плавился, а легкие наполнялись едким дымом и смолой.

Наверное, даже в армии, когда наша машина наехала на мину, и шансы выжить были, не сказать, чтобы велики, так не дрейфил, как в тот момент, когда ответил на звонок Арины."

"Еще не слыша ни звука, нутром почувствовал, что нездоровая ерунда творится. А уж когда испуганное дыхание уловил, а следом не то всхлип, не то визг Осиповой, перемкнуло.

Кольнуло.

Ощутимо. Болезненно.

Закоротило так, что пошевелиться не мог.

Сидел.

Слушал.

Дышал или нет - не знаю. Только за грудной ломило. Невыносимо.

И стрелки часов так громко... тик... тик... тик.

Какие часы? Откуда? Да хрен знает. Вроде те, что на стене висят, почти бесшумные, но в тот момент я их слышал. Отчетливо, как и дыхание Арины.

Каждый шажок секундной стрелки, как игра в русскую рулетку.

Тик... её вдох.

Тик... её выдох.

Тик... её вдох.

Тик... ну давай же!

А на кону.

Девчонка, обычная девчонка, которая не особо много что в этой жизни видела.

И в это время она, сидя в железной неуправляемой коробке, мчалась на встречу к старухе с косой. А единственной преградой на смертельном пути стоял он, ее идиот-муж Зотов.

Кажется, впервые я болел за то, чтобы у этого парня все получилось правильно.

Чтобы он одержал победу. Чтобы он выстоял и доказал, что настоящий мужик со стальным стержнем.

— Руслан, что там?

Вопрос Самкова услышал словно фоном, увидел, что друг подскочил с места и рванул ко мне... а ответить.

Сил хватило только чтобы включить громкую связь.

Я, адекватный мужик, скептик в сотом поколении, до усрачки боялся вымолвить хоть звук, чтобы не ляпнуть ничего под руку тому, кто в этот момент сидел за рулем.

Это сейчас понимаю, что глупость. А тогда... я бы и в черта, и в дьявола, и в святую деву Марию поверил, если бы они могли им помочь.

Звонок Арины многое скорректировал. Заставил не то чтобы прозреть, но однозначно расставил приоритеты. Показал, что важное, а что так... наносное.

А еще я раз и навсегда уяснил для себя, какой звук самый страшный на свете.

Это не испуганный визг Осиповой.