Только она

Даниил провел меня к барной стойке, напротив которой, находилось место для живой музыки, как я поняла. Сцена. И на центральной стене этой сцены была огромная фотография. Во всю ширину. Моя фотография. Та, которая была у Дани в одной из социальных сетей, сделанная в первый день знакомства в парке на аттракционах.

Я застыла не в силах вздохнуть. Так это правда. Он назвал ресторан не просто моим именем, он сделал его в честь меня. Все эти плюшевые игрушки, фото, как были у меня в комнате в доме дяди Саши. Все это время он не забывал… он…

— Дань…

— Ммм?

— Сколько вашему ребенку лет уже? — я пыталась держаться из последних сил.

— У меня нет ребенка, кроха. — улыбаясь и глядя мне в глаза, ответил Шторминский.

— Но Карина…

— Она родила прелестную девочку… мулаточку. Ее, кстати, удочерили Тоха с Васей.

— Мулаточку? — как самнамбула, повторила я.

— Ага,… и да, в моем роду афроамериканцев не было.

— Господи, — простонала я, закрывая лицо руками.

— Маленькая, ну что ты? Все же хорошо.

— Нет, нет, Дань. Мне… мне нужно домой.

— Хорошо. Напоишь меня чаем и расскажешь мне все.

— Что, все?

— Пойдем, кроха.

— Я уже выросла.

— Но не для меня.

Он завел свой автомобиль и повез меня домой. Уже в квартире, наливая кипяток по кружкам и заваривая чай из пакетика, я наблюдала за ним из под ресниц. Сам же Даня, оглядывался по сторонам и все больше хмурился.

— Почему ты уехала в деревню? Что за спонтанное решение? — вдруг спросил он, стоило сесть за кухонный стол напротив него.

— Отец захотел. Там домик маминой бабушки. В наследство я вступила, как восемнадцать исполнилось.

— Но почему? Почему не пошла учится сразу в колледж? И что значит, отец захотел.

Я не понимала его вопросов, казалось, что мы с ним владеем разной информацией. Не видя ничего страшного, рассказала, как было. И про работу в семнадцать продавцом в магазине, и неожиданное желание отца переехать в деревню, и про мой провал на экзаменах. И даже, не сдержавшись, нажаловалась, что накопленные деньги они спустили на застолье на свадьбе. Правда, про дальнейшие разборки умолчала, во избежание, так сказать.

Говорила про то, как и следующие года не могла поступить, что работала горничной, после перевелась на ресепшн. Хотелось похвастаться, вот только лицо Дани все мрачнело и мрачнело.

Рассказывая о том, как перебралась обратно в этот город, в связи с поступлением все-таки в колледж, я уже почти шептала. Лицо Даниила было мрачнее тучи.

— Дань? — позвала я и хотела протянуть руку, но передумала.

— Собирайся, ты поедешь со мной.

— Куда?

— Домой. Отец будет рад тебя видеть. Твоя комната тебя ждет, возьми самое необходимое, хорошо?

— Нет.

— Что? — посмотрел он на меня."

"— Я сказала, нет. Я никуда не поеду, а уж тем более к вам домой.