Власть Варяга

 — Я продал ее!

Иван Петрович от удивления откинулся на спинку кресла.

— Ах вот оно что! Продал?! — Он хлопнул себя по лбу и произнес: — Как же я забыл! Ты же у нас помещик, хочешь — продаешь, а хочешь — покупаешь. А если потребуется, так и живота лишить можешь, — сказано было весело, даже где-то доброжелательно, только Мугаметову смеяться совсем не хотелось. Неожиданно Сафронов наклонился к Резвану через стол и произнес негромко, но очень зло: — Так вот что я тебе скажу, сутер ты долбаный! Чтобы баб куда-то продавать, нужно еще и у постоянных клиентов разрешение спрашивать, нужны они им или нет!

— Иван Петрович…

— Как продал, так и выкупишь, если не хочешь сам без башки остаться! Ты меня понял? Я тебя спрашиваю!

— Да, — негромко произнес Мугаметов, понимая, что эта угроза вовсе не шуточная.

Сафронов поднялся:

— И советую поторопиться. Очень не люблю ждать! Заплатишь за пиво, — бросил он через плечо, — ведь не все же время мне тебя кормить. — И уверенным шагом направился к выходу.

Дверь захлопнулась. Настроение у Резвана испортилось окончательно. Пора завязывать с этим сутенерством.

От него одни только неприятности. Делаешь людям добро, подгоняешь им путевых баб, а они совсем этого не ценят.

С минуту Резван ковырял вилкой осетрину и проглатывал ее маленькими кусочками, совершенно не замечая вкуса, а потом брезгливо отодвинул тарелку в сторону. Подняв голову, в дальнем углу бара он заметил Галину, одну из центровых проституток. Не замечая сутенера, она постреливала глазками в сторону двух немцев. Кажется, ее инициатива была замечена, и брюнет с вытянутой лошадиной головой сделал ей недвусмысленный знак.

На вольные хлеба, сучка, отправилась! А ведь просила несколько дней отпуска, сославшись на месячные! Ладно, придется вправить ей мозги, как появится.

Резван достал из кармана деньги, небрежно бросил их на пустую тарелку и, поднявшись, неслышно вышел из бара.

* * *Гостиница «Метрополь» была вотчиной Кузина Степана Валерьяновича, или просто Кузи, смотрящего Северо-Западного округа столицы. И уже с самого раннего утра в приемную к нему было не пробиться. Ущемленные в правах «ходоки» просили разобраться с их делами, и Кузя не отказывал никому, соблюдая при этом свой собственный интерес.

Порой интерес этот состоял всего лишь в нескольких процентах от дела, но, как известно, курочка по зернышку клюет. А потому смотрящий не бедствовал, и на судьбу ему жаловаться было грешно. Дирекция гостиницы выделила ему несколько комнат, где он чувствовал себя абсолютным хозяином. Собственно, хозяином он чувствовал себя во всем здании гостиницы, и администрация «Метрополя» не принимала ни одного важного решения, не посоветовавшись с Кузей.