Владыка морей ч.2 (СИ)

Девять из десяти жителей были римлянами, а остальные — иудеями, сбежавшими сюда от ужасов войны, притеснений и поборов со всего Средиземноморья. Впрочем, сейчас поток переселенцев иссяк. Кто хотел приехать, уже приехал, а остальные договорились с мусульманами, готами и герцогами франков. На эдикты императора Ираклия, который с тупым упрямством приказывал крестить их насильно, всем было наплевать. Деньги есть деньги, а иудеи, не платившие церковную десятину, стали настоящим спасением для вечно нуждающейся варварской знати. Впрочем, жить в Словении оказалось безопасно, но не так уж и выгодно. Местный государь сам давал деньги в рост и в этом деле конкурентов не терпел. Да и крупная торговля тоже была под ним, оставляя другим лишь крохи с богатого стола. Впрочем, и этих крох хватало на жизнь, и из Тергестума корабли шли в Марсель, Карфаген, Барселону и Константинополь. Сделать центр торговли из Александрии было бы проще, дешевле и удобней, но великий князь этого не позволял, благоразумно полагая, что не стоит давать слишком много столь далекой земле. И из-за меньшего сыновья восставали. Так всегда и бывает, когда провинция становится самодостаточной и начинает считать, что кормит метрополию.

Сегодня в порту было еще более людно, чем обычно. Пять драккаров, полных горластых данов и норвежцев, пришли из Александрии и встали у каменного пирса. В тот день портовые кабаки вздрогнули от пьяного разгула, а шлюхи, засыпанные серебром, сделали недельную выручку. Две недели в море! Тут и епископ соблазнится, не то, что простой воин. Правда, нечто подобное даны проделали на Крите, Керкире, в Салоне и в парочке портов поменьше. Но разве можно эти города сравнить в Тергестумом и его знаменитыми кабаками? Особенно с этим, самым лучшим из всех, который, по слухам, принадлежал великому князю Самославу, не чуравшегося и такого промысла. Кабак был хорош! Тут и сотня человек погулять могла без стеснения, и именно этим они и занимались в ожидании князя, обещавшего щедрые награды за верную службу. Князь прибыл через две недели, застав воинов в том грустном состоянии, когда денег уже не осталось, а выпить все еще хочется. Он прибыл вовремя, а с ним прибыл целый обоз, груженный завлекательно булькающими на кочках бочонками. Самослав прекрасно понимал, что сотня данов и запасы спиртного — вещи несовместимые, и подготовился на славу. Да и дело у него ожидалось здесь архиважное, а провернуть такое на трезвую голову совершенно невозможно…

Впрочем, до дела еще было далеко, потому что сначала великий князь пожелал увидеть своего сына и единственного внука, которому вот-вот стукнет два года.

— Отец! Мама!

— Святослав! — князь раскинул руки и обнял того, кого отправлял за море мальчишкой.