Вознесенная грехом

Марселла

Я редко вкладывала столько усилий в свой внешний вид для вечеринок или светских мероприятий, как сейчас для того, чтобы понаблюдать за жестокой смертью Эрла Уайта. Я купила черные кожаные брюки и красную шелковую блузку после разрыва с Джованни, но у меня еще не было возможности надеть ни то, ни другое. Сегодня настал тот самый день.

Мои руки дрожали, пока я надевала черные лакированные лабутены. Я согнула пальцы в надежде, что они перестанут дрожать. Сделав глубокий вдох, я открыла дверь и направилась к выходу. Мама ждала меня в холле. Ее глаза наполнились непролитыми слезами и беспокойством.

Она взяла меня за руку, заглядывая в глаза.

– Ты уверена?

Она не пыталась отговорить меня от встречи с моими похитителями, но я видела, как ей было плохо от переживаний. Однако мне это было необходимо, чтобы раз и навсегда примириться со всем произошедшим. Валерио был у тети Лилианы, так что не стал свидетелем нашего волнения. Но уверена, что ни он, ни наш двоюродный брат Флавио не говорили бы ни о чем другом, кроме как о похищении и о том, что ждало моих похитителей. Наши родители всегда думали, что мы ничего не замечаем и что они могут нас защитить.

– Абсолютно. Я хочу быть там. Хочу показать им, прежде чем они умрут, что я сильнее, чем раньше.

– Так и есть. Я так горжусь тобой, Марси. Ты настоящий боец. В тебе сила твоего отца.

– И твоя. Я знаю истории о том, как ты рисковала жизнью ради отца, как отправилась на вражескую территорию, чтобы помочь младшему брату. Твоя свирепость более утонченная, чем у папы, но она все равно есть.

Мама с трудом сглотнула, но слезы все равно полились.

– Покажи им свое истинное лицо.

Я кивнула с твердой улыбкой, прежде чем выйти на улицу.

Дядя Маттео ждал меня в машине на подъездной дорожке. Я опустилась на пассажирское сиденье рядом с ним. У него имелся еще байк, на котором он обычно приезжал к нам домой, без Джианны и Изабеллы. Это единственное, что было общего у них с Мэддоксом. И с Амо, который изредка участвовал в гонках по бездорожью. Я поймала себя на мыслях о том, как однажды они могли бы отправиться вместе на прогулку на байках, и мне сразу же захотелось влепить себе пощечину. Эти люди были заклятыми врагами. И ничего это не изменит. Маттео вгляделся в мое лицо. Хотела бы я, чтобы макияж мог скрыть мое смятение, как это было со следами от засосов, но Маттео наверняка прекрасно их видел.

– Ты готова? – осторожно спросил он. Как и многие другие, Маттео, не думая, рисковал своей жизнью ради меня. Я могла только представить, как Изабелла боялась за своего отца и как, должно быть, волновалась тетя Джианна. Мне было трудно выразить ту благодарность, которую я испытывала к ним, а еще к солдатам, которых даже не знала.

– Да.