Жена некроманта

– Это отец передал тебе дар?

– Я не знаю, кто мой отец, но вряд ли он был некромантом, – отрезал франконец с внезапной злостью. – Иначе я не родился бы на улице, и моя мать не бросила бы меня умирать в навозную кучу!

Герцог приподнял бровь. Магия Смерти достается по наследству от отца к сыну, но иногда случаются сбои. Если в роду некроманта долгое время рождаются только девочки, то дар считается утерянным. Но он может вернуться, едва на свет появится прямой наследник мужского пола.

А Ля Морт продолжал:

– В шестнадцать лет я должен был прийти к властям и пройти процедуру выжигания дара, но я сделал лучше.

Я пошел к главарю одной из местных банд и предложил свои услуги. Правда, я мало что мог. Моих сил хватало только на то, чтобы одновременно контролировать пару дохлых крыс. Мы отправляли их на разведку перед налетом.

Ля Морт усмехнулся. Но лицо Вандербильта по-прежнему сохраняло выражение вежливой скуки, и отступник продолжил:

– Дальше – пять лет в банде. Грабежи, болезни, драки… В одной из них меня пырнули ножом…

В глазах Вандербильта мелькнул интерес. Дар Ля Морта вовсе не был “скромным”, как тот сказал.

Дерек знал, что обычно уровень магического дара в роду остается неизменным из поколения в поколение. Но есть способ его увеличить в разы. Опасный. В прямом смысле слова смертельный. Мало кто рискует его использовать, скорее, это просто способ уцепиться за жизнь.

“Дикие” стихийные силы могут появиться, когда некромант, практически умирая, принимает Смерть как продолжение жизни. Сложный момент, в котором должны слиться несколько факторов.

– Это было больно, – отступник издал хриплый смешок.

 – Мне практически выпустили кишки. Но я смог доползти до трущоб, где скрывалась наша банда. Там упал на тюфяк, готовясь отдать душу Дивине, но в этот момент королевские ищейки устроили облаву. Крушили все. Один из магов-стихийников влепил мощный энергетический заряд в стену, за которой я лежал. А в стене был схрон с амулетами. Думаю, вы догадываетесь, что у него получилось.

– Дыхание Смерти, – кивнул Вандербильт. – Сильная и страшная вещь. Чем тебя приложило? Шаровой молнией?

– Ею тоже, – криво усмехнулся Ля Морт.

 – А еще той самой стеной с остатками амулетов и магического фона. Под руинами меня не заметили. Подумаешь, стену снесли! Трущобы же. Я пролежал три дня, потом понял, что жив, и выбрался из развалин. Мою банду к этому времени всю положили. Главаря и его подручных публично повесили. Я бродил голодный и оборванный, прятался от властей, пока… стая дохлых крыс не притащила мне еду. Я оценил. И какое-то время жил как крысиный король. Они могли принести еду, одежду, кое-какие нужные предметы.