Чужой портрет (СИ)

— Может, я все же…

Идти мне откровенно некуда, но после такого приема лучше, наверно, на вокзале заночевать. Да и у Ланки сто процентов проблемы будут теперь.

Вот я тетеря, все же, права была мама, не от мира сего словно!

О чем я думала, когда ехала сюда, без звонка, без возможности убедиться, что это уместно?

Наугад?

Просто в голове все время были приятные воспоминания о наших с Ланкой теплых, сестринких отношениях, и я как-то рассчитывала… Дура, чего уж там…

— Сиди, — спокойно отвечает Ланка, — чай пей. Я сейчас.

Она уходит в комнату, куда до этого зашел Сергей, плотно закрывает двери.

А я остаюсь сидеть, трусливо схватившись за кружку чая и чувствуя себя ужасно плохо. Неуместной, ненужной, незванной. Короче говоря, именно такой, какая я и есть.

Помимо воли, чутко прислушиваюсь к голосам за стеной, одновременно желая разобрать хоть что-то и боясь этого.

Но стены в хрущевке не оставляют возможности быть не в курсе происходящего.

— Какого черта? — мужской голос, грубый, тяжелый такой.

— Это моя сестра, — отвечает Ланка, спокойно, но с легким напряжением, от которого мне больно. Она и без того в постоянном стрессе, вот уже столько лет, а тут еще и из-за меня…

— Ты не говорила, что у тебя еще и сестры есть, — раздраженно говорит Сергей, — и какого черта она без предупреждения? Надолго вообще?

— Двоюродная, все детство вместе провели. Нет, ненадолго. На пару дней.

— И куда ее спать класть? Между нами?

— Сергей!

— Что “Сергей”? Меня уже достало это все! И ты, и этот выродок, и теперь еще и сестра какая-то нарисовалась!

— Это твой сын! Не смей! — а вот теперь голос Ланки становится низким, шипящим, злобным таким.

Да я и теперь задыхаюсь от злобы и обиды за Вальчика, потому что обозвать ребенка, больного ребенка, выродком… Это уже за гранью. Как-то сразу за гранью.

— Да пошла ты! — возмущенно отвечает Сергей, — еще неизвестно, чей он! У меня в семье такого не было никогда! Все здоровые рождались! Надо еще и тест днк сделать, а то я, может, чужого кормлю!

— Делай! И разводись уже со мной!

— Да прям побежал! Чтоб ты у меня половину имущества оттяпала? Да пошла ты!

— Было бы что брать! Одна квартира, и за ту я плачу!

— На мои деньги покупали!

— И на мои тоже!

— Да твоего там ерунда была!

— Да что ты?..

Мне хочется закрыть уши руками, чтоб не слышать эту мерзкую ссору, хочется выбежать отсюда, из этой серой, усталой квартиры, которую делят и никак не могут поделить.

Почему-то кажется, что даже воздух здесь давит, спирает грудь.

Зачем, вот зачем я приехала???

— Мама… — тихий голос из другой комнаты едва звучит, и , конечно, ругающиеся родители его не слышат.

А я слышу и поспешно встаю, пока ребенок не испугался все усиливающихся звуков ссоры.

В крохотной детской едва помещаются диван, письменный стол и шкаф.