Башни немецкого замка

Последние запасы в хранилищах скоро исчерпаются. Немцы могут рассчитывать только на переработку угля в нефть. Процесс Фишера-Тропша, если помните. Благо, в Рурском бассейне угля завались, хватит на несколько мировых войн. Данное производство в рейхе развито, налажено. Но синтетическое топливо выпускается некачественное, с октановым числом не более пятидесяти. Боевая техника глохнет, двигатели выходят из строя. Даже новейшие образцы бронетехники проходят сто, от силы двести километров, и двигатели приходится менять, отправлять дефектную технику обратно на завод.

А в условиях постоянного отступления это беда. Случается, что немцы просто бросают машины, к которым нет бензина. В Советском Союзе топливо тоже не бог весть, но хотя бы ленд-лиз помогает. Октановое число авиационного топлива доведено до семидесяти восьми, автомобильный бензин – пятьдесят восемь. Это терпимо, гораздо лучше, чем у немцев. К тому же качество успешно подменяется количеством. Инженер Кунце разработал принципиально новую ректификационную установку, позволяющую довести октановое число до девяноста. Такого в мире еще не было. Экспериментальная колонна позволяла также синтезировать качественный керосин, лигроин, дизельное топливо, автомобильные масла. Экспериментальный образец испытывался под Бухарестом. Кунце контролировал его работу, довел до совершенства. Этой колонне было безразлично, откуда нефть, из земли или синтезирована из угля. Но, увы, наступление Красной армии стало неожиданностью. Экспериментальный образец разбомбила советская авиация, погибли все помощники Кунце. Остались чертежи и он сам. Инженер бежал, долго плутал, отсиживался по укромным местам. Несколько попыток вывезти его в Германию не увенчались успехом. Строили козни советская разведка и бывшие румынские друзья. Вы должны понимать, если материалы попадут к немецким инженерам, то достаточно будет месяца-другого, чтобы наладить производство высококачественного бензина. Тогда оживет вся броневая армада, которая находится сейчас, мягко говоря, в заднем месте. У Красной армии начнутся трудности. До конца войны еще далеко. Германия удерживает крупные территории, может частично вернуть то, что утратила.

Предатель увлекся рассказом, не замечал, как напряглось тело, лежащее перед ним.

Майор хотел ударить Полякова ногами.

Но тот разгадал его намерение, чуть попятился, усмехнулся и сказал:

– Отставить, Вадим Алексеевич! Что за каверзные планы?

– Куда ты пойдешь, майор, с этим богатством? – прохрипел Вадим. – Повсюду наши, союзников здесь нет.

На лестнице раздался шум. Кто-то вышел из проема и застыл, покачивался в темноте.

Поляков резко повернулся, поднял автомат. Он всмотрелся в полумрак, усмехнулся и не стал стрелять.