Грешник

Осушил его и наполнил чем-то ужасным…"

"Внезапно перед ним появился тупик. В одно мгновение Мистер Ф. видел впереди себя загаженную дорогу между разваливающимися домами и притонами, а в следующее его путь перегородил двадцати футовый забор из проволоки, покрытый мусором и покосившимися табличками «ПРОХОД ЗАПРЕЩЕН», кусками ткани и грязной одежды. Словно этот забор — фильтр в водостоке.

По крайней мере, он знал, что этот хрупкий барьер не станет для него препятствием.

Мистер Ф. сделал прыжок с разбега, подскочил на десять футов и вцепился в звенья пальцами.

Рывок за рывком, он забирался по проволоке наверх, в торсе было столько сил, что он мог совсем не напрягать ноги…

Рука вцепилась в его лодыжку.

Когда произошел контакт, Мистера Ф. накрыла волна ужасающих чувств, все печали, что он когда-либо испытывал, все его страхи и сожаления, все собралось в центре груди, словно пневмония из эмоций. Когда изо рта вырвались судорожные вздохи, и он вцепился в ограду, пытаясь освободиться, к глазам подступили слезы.

Потому что он знал, кто пришел за ним, и он знал, что ему не вырваться.

И речь не только о хватке вокруг его ноги.

Он заключил сделку и тот факт, что она была выгодна лишь одной стороне, и он не знал, на что подписывается, ничего не значил…

— Ты, правда, верил, что можешь сбежать от меня?

Голос раздавался не снизу. Он звучал по всему переулку позади Мистера Ф. Бросив взгляд через плечо, он увидел потрепанную мантию в тридцати футах от забора, и не заметил ничего осязаемого вокруг своей лодыжки. Но хватка стал только сильнее, тянула его вниз, к асфальту, ко Злу.

— Действительно… — раздался искаженный голос.

 — Ты считал, что сможешь скрыться от такого как я, от своего создателя. Своего хозяина.

Мистер Ф. изо всех сил сопротивлялся тяге, цепляясь пальцами за сетку, забор затрещал, по нему потекла кровь из ран на руках. В итоге он разжал руки, рухнув на асфальт, и его потянуло по грязным лужам и масляным пятнам. Он пытался ухватиться окровавленными пальцами хоть за что-то, но ничего не вышло…

Внезапно его разом оторвали от асфальта и резко развернули. Он повис в воздухе, и его тело буквально обездвижили, руки были прижаты к бокам, а ноги свободно болтались.

Фигура в мантии не подошла к нему. Она проплыла по воздуху.

— Я выбрал тебя, — произнесло существо тем странным голосом, — потому что у тебя одного оставались мозги. Вероятно, в этом была моя ошибка. Безмозглые качки работают эффективней. Мне следовало принять это во внимание, после стольких-то лет.

Одним взмахом руки воплощение зла отмахнулось от тела Мистера Ф., его понесло, впечатывая лицом в здание, разбивая нос, выбивая челюсть.