Лунная радуга

Как хорошо, что я открыла двери!

Но моим надеждам не суждено было сбыться. Послышались чьи-то быстрые шаги и, недолго думая, я нырнула в шкаф, покрываясь липким потом от страха. С тихим скрипом отворилась дверь, и я услышала голоса, один из которых был женским.

— Клари! О, Клари! Я так расстроилась сегодня! Ты не представляешь, что я пережила!

— Что случилось, моя госпожа? — этот голос принадлежал молодому мужчине, и я закусила губу, вспоминая. Клари… Клари… Стоп! Это имя я слышала от Летиции. С человеком по имени Клари пришла сестра герцога, чтобы схватить ее!

— Леон накричал на меня из-за уродливой кухарки! — капризный голос уже не оставлял сомнений, кто это.

— Элла, любовь моя, давай сбежим, и герцогу ничего не останется делать, как благословить нас! — горячо заговорил Клари. — Он немного позлится и простит тебя!"

"— Плохо ты знаешь моего брата! — фыркнула Элла. — Он никогда не позволит мне выйти замуж за обычного солдата! У нас был шанс с диадемой! Леон мог бы повысить тебя в чине, и тогда бы я намекнула на наши чувства… Герцог вполне способен обратиться к кангану[15], чтобы тот жаловал тебе хотя бы титул фаранда[16]! Канган благоволит Леону, они двоюродные братья!

— Как ты смогла прийти сюда? А если герцог не спит и застукает нас? — кавалер Эллы явно побаивался.

— Все спят крепким сном, — хмыкнула девушка. — Я подсыпала матери сонную траву в чай, а брату в вино!

Какая хитрая девица, однако… Я почувствовала, как за пазухой зашевелился котенок и взмолилась Богу, чтобы он не замяукал. Тогда мне точно конец. Но он лишь устроился удобнее и тихо замурчал.

Послышались звуки поцелуев, и я поморщилась.

В коридоре было тихо и, примерно прикинув, куда идти, я быстро пошла вперед, держа башмаки в руке. Через несколько минут я поравнялась с дверями малого зала и остановилась, увидев, что они приоткрыты. С гулко бьющимся сердцем я заглянула в комнату и увидела, что в кресле у затухающего очага кто-то сидит. Герцог? Элла сказала, что подсыпала ему сонную траву, значит, он спит.

Меня словно черти толкали вперед и, ступая на носочках, я приблизилась к Леону. Он действительно спал, а на столике перед ним стояла недопитая бутылка и полный бокал вина.

— Больше ни грамма этой дряни, — прошептала я и вылила все в камин. Вино зашипело на углях и у меня полегчало на душе. — Такого красивого мужчину мне отравят…

Я слегка склонилась над ним, разглядывая мужественное лицо с высокими скулами, и вдруг его темные брови приподнялись, а красиво очерченный рот растянулся в улыбке.