Лунная радуга

Распахнув глаза, я уставилась в темноту, пытаясь понять, приснилось мне это или нет. Нет, писк раздался снова, и мне пришлось встать, чтобы определить, откуда доносился.

— Да это же за окном! — воскликнула я, уже понимая, что это плачет котенок. — Бедняжка! Как же ты оказался на улице в такую погоду?

Я сначала бросилась к двери и даже открыла ее, но вовремя опомнилась. Блуждать по замку в таком виде было опасно и, недолго думая, я подошла к окну и, распахнув створку, спрыгнула вниз.

— Кис-кис-кис… — тихо позвала я, пытаясь хоть что-то разглядеть в темноте, пронзаемой всполохами молний.

Дождь закончился, но, похоже, на подходе была еще одна порция осадков, и я еще быстрее принялась шарить под стенами замка. — Кисюня! Кис-кис-кис!

Котенок выскочил совершенно неожиданно и, задрав тоненький хвостик, помчался ко мне.

— Малыш… — я подхватила на руки мокрое, дрожащее животное и засунула его за пазуху. — Сейчас я тебя согрею… Ах ты, солнышко…

Он перестал мяукать и прижался ко мне всем своим тщедушным тельцем.

Я подошла к окну, вцепилась за выступающие камни и с легкостью взобралась на широкий карниз, чувствуя, как трясется бедный зверек.

Но словно наказание за все мои грехи, порыв ветра ударил по оконной створке, и она захлопнулась прямо перед моим носом. Я толкнула ее, подергала, но все было бесполезно — обратный путь мне был отрезан.

— Вот черт… — протянула я, испугано замерев в неудобной позе. — Ой, мамочка…

Ситуация была ужасной и я принялась лихорадочно соображать, что же мне делать? Найти стражу и попросить, чтобы меня провели во дворец? Ага, с таким же успехом можно просто тарабанить в двери — вот она я, здравствуйте.

— Думай, Вика, думай! — шептала я, вертя головой в разные стороны.

— Давай!

А если попробовать забраться в другое окно? Есть шанс, что где-то забыли его закрыть. Как бы оно ни было, делать все равно что-то нужно.

Я спрыгнула вниз и, прижимая к себе котенка, помчалась под стенами замка, чуть ли не подвывая от страха.

Сколько я ни тыкалась в окна, все они были заперты, и уже потеряв всякую надежду, я дернула еще одну створку и — о, чудо — она поддалась.

Забравшись на карниз, я осторожно просунула голову внутрь, опасаясь быть схваченной хозяином комнаты, и прислушалась.

Тихо, но это еще, ни о чем не говорило. Сняв башмаки, я мягко спрыгнула на пол и аккуратно двинулась вперед, выставив вперед руку. Мигнула молния и на секунду комната озарилась голубоватым сиянием, чего оказалось достаточно, чтобы понять — в ней никого нет. Кроме громоздкого шкафа и узкой кровати, другой мебели тоже не было, и, скорее всего, комната предназначалась для прислуги.

На меня накатило некоторое облегчение, ведь осталось только пробежать по коридору, и я окажусь у себя.