Невеста со скальпелем 1

По закону могу ли я распоряжаться презентом по своему усмотрению или обязана передать кошелёк отцу?

— Личная собственность — это личная собственность, но лучше уточнить у законника. Простите, госпожа. Мне бы в голову не пришло отбирать вещи дочери, поэтому я никогда не интересовался этой областью законодательства.

Я тяжело вздохнула:

— Благодарю, Ён.

— Не стоит, — качнул он головой. — Я бы… хотел поддержать вас.

Продолжать разговор было бессмысленно, и я встала, собрала в корзину грязную посуду. Я хотела уйти, вернуться к книгам, посидеть в тишине, но няня меня остановила:

— Мили, проводи? — голос няни был тише обычного, а взгляд обрёл необычайную пронзительность.

Я подчинилась и даже выдавила улыбку. Няня, впрочем проигнорировала.

Тяжело опираясь на мою руку, няня с трудом добрела до своего будуара, грузно опустилась в первое попавшееся кресло, откинулась на спинку. Некоторое время она сидела, прикрыв глаза, и восстанавливала дыхание.

— Няня, к чему была спешка? — беспомощно спросила я.

Она покачала головой:

— Зачем ты зовёшь меня так. Кто ты? Ты кто угодно, но не Мили. Где моя девочка?!"

"У няни задрожали губы, но она справилась, выпрямилась, стиснула подлокотник. Я видела её непримиримый взгляд, и я невольно вздрогнула под этим взглядом, первой отвела глаза. Моя секундная слабость была красноречивее любых слов.

— Нянюшка, я не понимаю. Это я, Мили. Посмотри на меня.

Няня смотрела и кривила губы.

— Лицо моей девочки, ни одного изъяна в облике, верно до последней чёрочки.

— Тогда о чём ты, няня?

— Моя девочки была нежной, доброй, безобидной, а ты зла и свирепа. Ты… Моя Мили не не могла бы говорить так, как ты! Другие фразы, другие мысли, смелость. Другой поворот головы. Мили никогда не скалилась!

Я терпеливо молчала, позволяя женщине высказаться.

Вариант рассказать правду я не рассматривала всерьёз. Я поклялась беречь няню, и это не то обещание, которое можно нарушить. Данное слово в принципе следует держать, но сейчас мною двигало не столько благородство, сколько корысть — кто знает, что случится с моей душой, если я оступлюсь.

Открыть пожилой женщине, что девушка, которой она отдавала всю себя — веред в чистом виде. Что она будет делать, если узнает, что смысл её существования разрушен?

— Няня, я всё ещё не понимаю. Разве я делаю что-то плохое?

Симпатий к женщине у меня поубавилось.

Удобно предъявлять претензии мне. Как насчёт того, чтобы проявить инициативу чуть раньше? Как барона слушаться, она в первых рядах! Пусть она боялась тайно брать Мили на прогулки в город, но по крайней мере, она должна была рассказывать о мире, о стране, учить, заставлять читать книги, готовить к будущему. А она! Откупалась от деточки шёлковыми нитками.