Невеста тирана (СИ)

Медленно шла по галечной дорожке и не сразу поняла, что направляется в сторону аптекарского огорода. Она остановилась, прислушиваясь, огляделась. Здесь было безлюдно. Джулия раздумывала несколько мгновений. Тираниха запретила ходить сюда… Но что случится, если она пройдет этой частью сада и выйдет к нижним террасам? И в какой-то детской запальчивости захотелось непременно пройти, назло. Она вспомнила, как Мерригар не пожелал открыть для нее аптекарскую, и только теперь догадалась, что тираниха наверняка попросту запретила что-то делать для нее.

Показалось уже знакомое лимонное деревце, за которым виднелись аккуратные пышные грядки, помеченные колышками.

Дикий чеснок вытянулся, разросся упругой яркой листвой. Джулия не удержалась, сорвала жесткий складчатый лист, инстинктивно понюхала пальцы, но знакомого запаха не ощутила. Да и сам лист был уже каким-то не таким. Она подошла к грядке с морковью. Теперь кажется, это вовсе и не морковь, а сныть. Какая польза от сныти? Она сорвала стебелек, размяла ботву в пальцах, вновь понюхала, едва не ткнувшись носом, ощутила приятный запах. Все же, морковь…

— Что вы делаете?

Джулия порывисто обернулась на резкий голос и увидела Мерригара, стоящего у лимона с плоской корзинкой.

Плотное лицо покраснело, круглые глаза едва не вылезали из орбит. Теперь расскажет тиранихе…

Не дожидаясь ответа, лекарь сделал несколько шагов и выдрал из пальцев Джулии сорванные листья. Без всякого уважения и деликатности. Словно в каком-то остервенелом припадке.

— Не трогайте это. Никогда не трогайте! Вы слышите? И, как следует, обмойте руки в фонтане, сеньора. Да потрите хорошенько! А потом хорошо бы для верности подержать их в морской воде.

Джулия стояла в онемении.

— Ни в коем случае не касайтесь лица. Тем более, губ или глаз! Вы меня слышите? Вас, кажется, просили не ходить сюда! Надеюсь, на ваших руках нет никаких ран?

Джулия с недоумением посмотрела на свои ладони, на которых остались зеленые пятна, перевела взгляд на лекаря и покачала головой:"

"— Нет… Что это за растение, маэстро Мерригар?

Тот на мгновение замялся, но, все же, ответил:

— Цикута, сеньора. И у оной цикуты смертельно ядовиты все части. И листья в том числе. — Он тяжело выдохнул, покачал головой: — Не думаю, что стоит кому-то в доме рассказывать об этом.

Джулия все еще пребывала в каком-то оцепенении. Она слышала об этом страшном растении, но никогда не видела. Она растерянно повернулась, посмотрела на грядки, вновь перевела взгляд на Мерригара:

— Но… зачем яд здесь? В этом саду?

Губы лекаря нервно дрогнули, он воинственно выпрямился:

— Это аптекарские грядки, сеньора. Сеньоре Антонелле постоянно нужны мои снадобья, чтобы облегчить страдания. Яд в малых дозах — есть целительное лекарство.