Ночь Огня

Она не стала расспрашивать, просто позволила мне отнести ее в ванну и поставить на ноги. Катакомбы были озарены свечами, джакузи наполнилось водой, пар поднимался с поверхности.

Я осторожно повернул кран, отверстия на потолке ожили, и в небольшой бассейн хлынуло около двадцати различных по силе потоков воды, образующих круг. Это смахивало на фонтан, льющийся вниз.

Я сорвал пиджак и рубашку, бросил их на пол, отправил следом и остальную одежду, а затем принялся трудиться над Уинтер. Расшнуровал корсет и спустил платье до самого пола, а потом снял с нее и нижнее белье, оставив лишь ленты в волосах.

При виде обнаженной Уинтер жар пробежал по моей коже, я притянул жену к груди и слегка приподнял.

– Иди сюда, – выдохнул я ей в губы.

Она обхватила меня ногами, и я забрался в просторную ванну, ощутив, как тело покрылось мурашками из-за горячей воды.

Я сел под падающими на нас водяными струями, увлекая Уинтер за собой, прильнул к ней и зарылся лицом в ее волосы.

Она напряглась, но я только крепче сжал ее в объятиях, пытаясь обрести душевное равновесие. Я ненавидел сомнения и чаще всего был настолько занят, что не позволял себе беспокоиться о детях, но понимал одно: вряд ли я тем самым отличаюсь от любого другого взрослого.

– Убегай сколько хочешь, Маленький Монстр, – произнес Кай угрожающим тоном. – Мы быстрее. © Пенелопа Дуглас.«Испорченный»

Я мог сколько душе угодно судить вырастивших меня людей, но догадывался, что и остальные могут вынести свой вердикт.

– Дэймон… – прошептала Уинтер, почувствовав мой настрой."

"– Я плохой отец. – Я тяжело вздохнул, целуя жену. – Иварсен не умеет себя вести. Скоро совсем от рук отобьется. Фейн – невротик. Перфекционист, у которого все должно быть идеально. Гуннар однажды взорвет нас во время очередного опыта. Даг с рождения отказывается есть овощи, а Октавия загремит в гребаную психушку, когда узнает, что настоящие пираты – это налетчики с гранатометами. – Я сглотнул, проклиная мир: за несколько тысяч лет здесь до сих пор не придумали проверенного метода воспитания детей. – И что дальше? Откуда, черт возьми, мне знать, что делает и чего не делает хороший родитель?!

Я такой же невежественный, какой была Кристиана, когда родила меня. Кай прав. Детям надо прислушиваться к более мудрым людям. Я все делал неправильно.

Уинтер крепко обняла меня, коснулась губами виска, а ее грудки прижались к моему торсу.

– Хороший родитель тот, у кого счастливые дети, – прошептала она мне на ухо. – А наши дети очень счастливы. – Она поцеловала меня в щеку, а затем в губы, нежно и неторопливо.

Я закрыл глаза, наслаждаясь шумом воды и прикосновениями Уинтер.

– Они очень счастливы, – повторила она. – И любят тебя.