Ночные шорохи

Дрожь, пробежавшая по телу Слоан, казалось, сотрясла и его.

Дуглас поудобнее улегся, отложил книгу и уже потянулся к выключателю лампы, когда в спальню ворвалась мрачная, как грозовая туча, Кортни.

— Представляешь, что творится на террасе? — выпалила она, подбегая к окну. — Я случайно услышала голос Ноя и, выглянув наружу, увидела, как по берегу идет Слоан. И что же? Ты только посмотри!

Она отодвинула шторы, отступила и театральным жестом показала вдаль."

"Встревоженный Дуглас скатился с постели и вгляделся во тьму. Брови его немедленно разошлись, а по лицу разлилась поистине благостная улыбка. Внизу на террасе разворачивалось впечатляющее действо: парочка слилась в бесконечном поцелуе, а Ной, не выпуская Слоан из стальных объятий, медленно клонил ее на шезлонг. Ну точно как в кино! И Слоан не сопротивляется. Похоже, отвечает ему взаимностью!

Дуглас осторожно выдернул край занавески из кулака Кортни и поправил тяжелую ткань.

— Говоришь, все началось минут пять назад?

— Да.

— Поразительно! — искренне восхитился он.

— Неужели ему своих баб мало? Так он еще пытается обольстить Слоан!

— Я не стал бы называть это обольщением. Кортни в запальчивости топнула ногой.

— А как бы ты все это назвал?

— Стихийным самовоспламенением, — ухмыльнулся Дуглас и, включив телевизор, вынул из шкафчика колоду карт. — Предлагаю посмотреть старый фильм и возобновить наш кункен .

— Я немедленно иду спать, — проворчала Кортни, но отец ехидно осадил ее:

— Ну уж нет, дорогая, ты останешься здесь.

— Ноя…

— Ты собираешься шпионить за братом, — мягко вставил Дуглас, — а это не только бестактно, но и пустая трата времени, потому что ты уже все успела увидеть. И продолжения не жди. Сегодня ничего больше не случится, поверь слову старика отца.

Он уселся за стол и принялся сдавать карты.

— Почему ты так уверен? — мятежно прошипела девочка, плюхаясь на стул.

— Видишь ли, я знаю твоего брата. Ной не настолько груб и глуп, чтобы заниматься любовью с женщиной на шезлонге в собственном дворе!

Кортни поколебалась, обдумывая сказанное, и наконец равнодушно пожала плечами, явно решив сдаться. Этот жест лучше всяких слов подсказал Дугласу, что девочка признается в собственной не правоте. Но разумеется, покаянных тирад от нее не дождешься.

Кортни подняла свои карты, присмотрелась и вздохнула.

— Не забыл, что все еще должен мне сто сорок пять долларов? — осведомилась она. — Если не заплатишь, включу счетчик.

— Это как? — с притворным страхом осведомился Дуглас.

— Восемнадцать процентов в неделю по истечении месяца. Мне пора подумать о будущем.

— У тебя не предвидится никакого будущего, если станешь драть с меня такие грабительские проценты.