Ночные шорохи

 — Пойдем выпьем кофе — и за работу.

Как младший по возрасту, Кегл покорно отправился добывать кофе. Он вернулся с двумя чашками крепкого черного зелья и, поставив одну перед Флинном, снова повернул кресло так, что они оказались лицом к лицу — Если убийство было преднамеренным, думаю, пока следует исключить слуг, — предложил Флинн.

— Почему? Насколько я понял, старая леди была чертовски въедлива и сварлива.

— Если она так всем надоедала, кухарка давно бы подсыпала ей мышьяку. И уж во всяком случае, прислуга не терпела бы ее так долго.

Флинн вычеркнул четыре имени.

— Горничные вряд ли отважились бы на такое, им проще было уволиться.

Кегл покачал головой и осторожно отхлебнул обжигающе-горячего кофе, пока коллега вычеркивал еще два имени.

— Как насчет Дишлера? — спросил Флинн.

— Вряд ли. Он работал на Рейнолдсов несколько лет и, очевидно, предан семье. Кроме того, в два счета подтвердил рассказ Мейтленда. Мимо цели.

— Согласен, но лучше его проверить, — решил Флинн. — А Мейтленд?

— А какой у него может быть мотив?

Флинн задумчиво покатал карандаш между пальцами.

— Он мне не нравится.

— В таком случае к чему тратить время? Бежим за ордером, — сухо буркнул Кегл, но, видя, что Флинн продолжает терзать карандаш, с любопытством осведомился. — Почему он тебе так не нравится?

— Сцепились как-то год назад, когда я пытался расспросить его сестричку, откуда ее приятели достают наркоту — И?

— И он взорвался, как петарда. Надменный ублюдок, а его адвокаты — просто свора доберманов. Представляешь, из-за такого пустяка напустил их на нас.

— Раз так, к чему ордер? Давай засадим его в кутузку! — с серьезным видом предложил Кегл.

— А его сестра еще то отродье, — продолжал Флинн, не обращая внимания на молодого человека. — Прозвала меня Шерлоком.

— Эй, а давай и ее бросим в тюрягу, — обрадовался Кегл, но когда Флинн, явно не оценив шутки, посмотрел на него волком, осторожно заметил:

— Может, поговорим и о других, более подходящих кандидатурах?

— Да почти никого и не осталось. Парис Рейнолдс?

— Возможно.

— Почему? Мотив! — потребовал Флинн.

— Картер Рейнолдс сказал, что все имущество покойной унаследуют он и старшая дочь. Флинн невесело хмыкнул:

— Считаешь, что кто-то из этих двоих срочно нуждался в деньгах?

— А если Парис устала ждать свою долю и решила стать независимой от папочки?

— Но Эдит было девяносто пять! Она и сама скоро откинула бы копыта!

— Знаю. Но все же не стоит пока исключать Парис.

— Ладно, не буду. Как насчет страхового агента? Ричардсона?

— Ну как же, — фыркнул Кегл.