Они под запретом

Наверняка хочет расспросить меня о брате и наконец рассказать о своих отношениях с Мишей. Тоже выбрасывает белый флаг. И я конечно очень хочу пойти. Очень. Но мне нельзя пить, а если я откажусь, Луиза обязательно меня заподозрит. Начнет расспрашивать о причинах, а я не смогу правдоподобно соврать. Да я и не хочу врать. Устала. Как люди вообще так спокойно врут? Не вздрагивая и не мучаясь угрызениями совести?

— Я хочу с тобой встретиться, но боюсь сегодня не получится. — заволновавшись, что своим отказом спугну желание сестры вернуться к прежнему общению, я спешно тараторю: — Ты только не обижайся, пожалуйста.

— Да не обижаюсь, конечно, — фыркает Луиза. — У тебя точно все нормально? Я просто подумала, вдруг ты без Арса заскучала.

Я снова глубоко вдыхаю, чтобы справиться с наплывом сентиментальности. Какая все-таки сестра классная. Арсений уехал, и она тут же подумала обо мне. Если во время беременности кого-то одолевают тошнота и резко возросший аппетит, то меня — эмоции. Глаза постоянно на мокром месте.

— Точно-точно. Я обязательно тебе позвоню, когда появится возможность встретиться. И передавай привет Мише. Он очень классный.

— Знаю, — со смешком произносит сестра. — Ладно, не буду отвлекать. Звони, как что."

"Положив трубку, я закрываю глаза и отчаянно массирую виски. Я не хочу все это терять. Хочу как и раньше собираться за одним столом со всеми. Представляю Дашу с Володей и Ярослава, нас с Арсением, Луизу с Мишей и Петра со его Леной.

Решительно встав, я вешаю на плечо сумку. С этой затянувшейся рефлексией я на прием опоздаю. Арсений ведь возвращается завтра вечером. Я все честно ему расскажу и будь что будет.

… — Вот это ваш плод, — девушка-узистка тычет белым латексным пальцем в экран, заставляя меня приподнять голову и сосредоточенно вглядываться в черно-белое изображение.

— Такой крошечный, — изумленно выдыхаю я. — Как маленькое зернышко.

— Он будет быстро расти. На следующем УЗИ вы уже сможете разглядеть ножки и ручки.

Я не могу отвести взгляд от от экрана. Одно дело знать о беременности, и совсем другое — видеть ее своими глазами. Это никакие не обман и не шутка. Внутри меня растет и развивается новая жизнь. Быть может у него или у нее будут глаза того же цвета, как и у Арсения.

— А можно мне… — запнувшись от переполняющих меня чувств, я смотрю на девушку.