Они под запретом

Расспрашивать ее о Мише по-прежнему не время, поэтому я продолжаю сосредоченно перемещаться от одного бортика к другому и представляю, как Арсений за мной наблюдает. Это добавляет процессу особое удовольствие. Однако, когда наплававшись, я вылезаю из воды, его нигде нет. Разочарование. Я оглядываюсь. Куда он ушел? В хамам или сауну?

Прямо сейчас я бы предпочла сауну, но вспоминаю, что Арсений тоже любит сухой пар. Не хочу, чтобы сестра думала, что я пошла туда нарочно, чтобы привлечь его внимание. Лишний раз утверждаться в статусе разлучницы мне ни к чему.

— Давай сначала в хамам! — выкрикивает Луиза, плывущая к краю бассейна.

— Арс наверняка торчит в сауне.

Так моя дилемма с выбором места оказывается решена.

Я толкаю запотевшую дверь и вместе с паром, осевшим на коже, ощущаю растущее сердцебиение. Потому что Арсений находится не в сауне, а здесь.

— Решила меня проверить? — доносится сквозь жаркую туманную завесу его ироничный голос.

Из легких вылетает взволнованный смешок. В нашей ситуации простое нахождение в замкнутом пространстве становится волнительным приключением.

— Планировалось, что ты пойдешь в сауну, — я опускаюсь на каменный пьедестал и поворачиваю голову к Арсению.

Его глаза мерцают в полумраке, взгляд беззастенчиво ощупывает мое тело. — Как дела?

— Нормально, — кивок на мой живот. — Это и есть тот самый купальник?

— Это не самый открытый, если ты об этом, — жеманно замечаю я, покачивая плечами. В отсутствие яркого света проще быть смелой, а тем более, когда Арсений разглядывает меня так. — Решила тебя пощадить.

Усмешка.

— Очень благородно с твоей стороны, Аина.

Всего какой-то жалкий метр между нами. Не будь его, мы бы уже целовались.

За дверью смеется Луиза. Она снова разговаривает по телефону. Какой-то жалкий метр.

— Сюда иди, — голос Арсения меняет свою тональность, становясь требовательным и низким.

Горячая ладонь дергает мое бедро, и уже в следующую секунду я сижу у него на коленях. Его кожа влажная и скользкая, под тканью шорт отчетливо ощущается эрекция. Все происходит быстро и дико. Рот Арсения запечатывает мои губы, рука ныряет под нейлон, прикрывающий соски, трогает их, жадно мнет.

— Хочу тебя, — лепечу я, скользя пальцами по его плечам. От возбуждения закатываются глаза, а спина прогибается в пояснице до тянущей боли.

Становится неважно, что рядом ходит Луиза и что в любой момент она может войти. Это самое настоящее безумие - когда все происходящее теряет значение. Сейчас у меня есть все, что нужно.

Его ладони сильно сдавливают мои ягодицы между собой, и вместе с этим наш поцелуй разрывается. Дыхание Арсения даже горячее пара, глаза мерцают черным.

— Ты любого доведешь.

Тело по-прежнему находится под высоковольтным напряжением, но вместе с тем я не могу не улыбаться.