Притяжение

Не прервал он звонок только потому, что таким образом мог выдать свое присутствие.

Тара

- Выглядишь так себе. – Вместо приветствия сообщил Адам.

- Да ты тоже, знаешь ли, поизносился. – Не осталась у него в долгу.

С Адамом и его женой Викой мы учились в одной школе. К моему счастью за эти годы он сделал неплохую карьеру, и я была уверена, что именно этому человеку я могу доверять.

- Подача засчитана. Значит, до антидепрессантов тебе далеко. Хотя я бы, попав в такое дерьмо, уже просил врача рецепт.

- Ты посмотрел документы?

- Да. И запросил твое дело в суде. Есть идеи, чем ты так поднасрала родственникам?

Я неопределенно пожала плечами.

- Ни одной догадки. Расскажешь, как обстоят мои дела? У меня на руках только решение суда.

- Ну как тебе сказать, - мужчина сложил руки лодочкой и опер подбородок на пальцы, - из тебя хотят сделать рабыню.

- Что это значит?

- Сначала тебя вычеркнули из семейных книг, потом повесили огромный долг. Кстати, я так понимаю, что у тебя есть все документы о погашении долгов и счетов семьи, верно?

- За последние пять лет, – кивнула я. – Банк предоставил подтверждения. Я надеюсь, что можно будет подать встречный иск.

- Нельзя.

- Прости?

- Суд запретил тебе подачу встречных исков на семью в течение года."

"- Что?! - От возмущения перехватило дыхание.

- И это еще не все, - Адам сделал паузу. – Твои счета арестованы.

- Какие счета? – Я сглотнула слюну. – Счета в банках Земли. На твое имя был открыт вклад. Ты, скорее всего, о нем не знала. Его открыла твоя бабушка, и доступ к нему должен был открыться в следующем году, в день твоего рождения. Сумму замороженных средств я не знаю.

Вот теперь в горле застрял ком, и подступили слезы.

И дело было не в деньгах, а в том, что меня лишили последнего жеста заботы родного человека. От бабушки с дедом у меня ничего не осталось. Это были единственные люди, в чьей безусловной любви я никогда не сомневалась, но так сложилось, что после их смерти у меня остались только открытки. Больше ничего.

Тут же вспомнились слова бабушки о том, что слезы – это глупость. Никакой пользы от них нет, и я сделала глубокий вдох, чтобы успокоиться.

- Что-то еще?

- По мелочи. Запрет на ряд профессий, запрет на вылет за пределы Солнечной Системы, запрет на предпринимательскую деятельность, запрет на исследовательскую деятельность.

Продолжать?

- И это все мой отец?

Я буквально не верила в то, что говорит Адам. Это было невозможно. Он бы просто не смог все это сделать так быстро.

- Официально – да.

- Что это значит?

- Все дела против тебя, от его имени, вел некий Дональд Пратсон. Он официальный представитель семьи Радовых. Фамилия о чем-то говорит?

- Ты уверен?

- Я не могу получить официальных бумаг, не будучи твоим официальным представителем. Сама понимаешь, бюрократия.