Провинциальный отпуск. Олинклюзив

Он бы волновал меня даже без нашего наивного прошлого, потому что такой мужчина не может не зацепить девушку. Но не в той степени, как я ожидала.

Мы вышли на главную улицу. Я сразу увидела местный рэсторан. Небольшое здание, отросток от Дома Культуры, выжившего чудом в период развала страны. К крыльцу невозможно было подойти, там была припаркована куча машин. Прям смотрите-ка, ажиотаж какой. Ну, хотя лето, все студенты приехали к родителям, а пойти больше некуда, вот все и толкутся здесь.

На крыльце так же было некуда ступнуть, повсюду стояли и курили молоденькие ребята. Девушки тоже, но они как-то скрывали этот факт, пряча за спинами тонкие сигаретки с приторным запашком вишни или клубники. Внутри оказалось довольно мило. На полу был линолеум имитирующий ламинат. На столиках постелены белые ажурные скатерти, как в столовой, зал был довольно большим и все стены увешены сиреневой органзой. По углам свисали гирлянды. То ли забыли снять после нового года, то ли так было задумано.

— Нам сюда! — махнул Илья, и вся гурьба пошла за ним мимо барной стойки. Самой настоящей! На танцполе под громкую музыку отплясывали местные девицы. В зале был полумрак и все столики были заняты. Я даже не пыталась смотреть по сторонам, просто шла со всеми. Помещение было довольно большим, и в конце я увидела небольшую зону, огороженную деревянным декоративным заборчиком метровой высоты с пластиковыми листочками. За ним был накрыт длинный стол, рядом стояли лавки. Прямо вот обычные деревенские лавки."

"Мы стали рассаживаться. Решили, что каждый закажет то, что хочет, а счет потом поделим на всех поровну. Я сразу подумала, что заплачу за Олесю. Богдан сел рядом со мной. Я этого прям ждала. Не в смысле, что очень хотела, но ожидала, что он именно так и сделает.

— Думаю, нужно сказать Лиле, чтобы каждый платил сам за себя.

— В смысле? — не поняла я.

— Ну, кто-то сейчас наберет еды и … а кто-то почти не будет есть, почему поровну-то все должны платить?

В эту минуту я пыталась понять, он относится к тем, которые едят мало, а будут платить за всех, или наоборот? Вот лучше б он этого не говорил. Сразу же минус. Большущий и жирнющий под его образом в моей голове. От этой думки меня отвлекла Олеся:

— Что ты будешь брать? — спросила она громко, я бы не сказала, что музыка долбила, но было шумновато. Пообщаться мы тут нормально все не сможем, так, потанцевать и попить.

— Да все равно. Наверное, салат и шампанское. А ты?

— Не знаю, сейчас ребята меню посмотрят, нам передадут.

В это время раздались аккорды песни, которую не слышала тысячу лет, последний раз, наверное, в старших классах. «Хали Гали».

— О! Пошли танцевать! — пихнула я Олеську в бок.

— Неет, я не танцую, — сморщила она нос.

— Да пошли!

Она помотала головой.