Ратник

И наш последний бой,Запомнят облака,И похоронит нас,Быстрая река.Нас окружает черный лес,Из копий и мечей,Но сломаем мы его,Храбростью своей.И наш последний бой,Запомнят облака,И похоронит нас,Быстрая река.Мы осветили белый снег,Трупами врагов,Мы пропели над огнем,Песни трех ветров.И наш последний бой,Запомнят облака,И похоронит нас,Быстрая река.Холодная река.Священная река.Причем с третьего припева окружающие уже начали ему подпевать. Ибо их стало пронимать. Чай не привыкли к такому.

И дело не в том, что песня хороша. Нет.

В те годы во всем мире не практиковалось силлабо-тоническое стихосложение. Из-за чего песни были весьма нескладны и не мелодичны. С одной стороны, а с другой – заклинания и заговоры старались делать ритмичными. Так что эта песня выглядела ОЧЕНЬ занятно. Напоминая чем-то ритуальный заговор или что-то в этом духе.

– Если ты это знаешь, то почему сам такого перстня не одел? – хмуро спросил Кондрат.

– Видишь это? – поинтересовался Андрей, чуть тряхнув копьем с прапором, на котором красовалась оскалившаяся пасть белого волка на алом фоне.

– Вижу. Но… я не понимаю. Причем тут волк?

– Вместе с Перуном летят древние вороны и могущие волки. Ибо ворон – есть птица, что забирает душу павшего воина на небеса.

– А волки?

– А волки – это мы.

– Что? – не понял Федот. – Это как?

Андрей хмыкнул. И продекламировал им фрагмент из песни «Князь» группы «Сколот».

Нас встретит стрел колючий дождьИ вражеская рать!Смелее в бой! Перун – наш Бог,Он будет нас беречь,К победе пусть проложит путьНаш обнаженный меч!Не видно неба синевы, повсюду вороньё –Мы не добыча, Князь, мы волки –Хищное зверье!Последние две строчки парень буквально прорычал. Замолчал. И заметил, как все уставились на прапор, напряженно вглядываясь в оскаленную пасть волка.

– Вот видишь, – усмехнувшись, произнес Андрей, – ты надел перстень Перуна и встал под его знамя. И ты еще спрашиваешь, почему я пошел в этот поход, зная, что меня, да и всех вас, отправили на верную гибель?

– Что тебе сказал отец Афанасий? – хрипло спросил Кондрат.

– Предупредил о том, что старшины что-то задумали.

– И ты не сказал?

– Уходите! – рявкнул Андрей. – Снимите эти перстни. Бросьте их на землю. И уходите. Если боитесь встретиться с врагом лицом к лицу.

– Но…

– Если мы уйдем, то что будешь делать ты? – осторожно спросил Кондрат.

– То, что должно воину, – произнес Андрей и чуть пнув шпорами своего коня, он отъехал в сторону.

Все эти дни с момента разговора с отцом Афанасием он не находил покоя и чувствовал себя загнанным в угол безысходности зверем. Внешне хранил спокойствие, но внутри его терзали настоящие бури эмоций. Из-за чего с каждым днем он накручивал себя все сильнее и сильнее.