Секретная сотрудница

Потом они танцевали — сплетенные в нежном объятии среди полутемного зала, точно были здесь совершенно одни. От близости ее гибкого тела его, будто распаленного мальчишку, невольно пробирала дрожь. И вновь он продолжал шептать ей на ухо всякие цветистые слова. Называя ее, как прежде, Ритой, благодарил за этот незабываемый вечер и умолял поехать к нему. Потому что им нельзя, решительно нельзя было расставаться. Иначе ее убьют — снова убьют! И он навеки ее потеряет… Не отвечая ему ни «да», ни «нет», она положила голову на его плечо и отрешенно смотрела в пространство, точно слышала все это уже не раз, но продолжала слушать, потому что такие слова не могут не нравиться женщинам.

Она была с ним, но в то же время — где-то далеко. Быть может, в той безвременной вечности, откуда не иначе как чудом ненадолго вернулась…

Что было потом, Турецкий помнил довольно смутно. Кажется, она согласилась. Но сказала, что ей надо на минуточку выйти. И ушла. Дальнейшие воспоминания были отрывочны и бессвязны. Очевидно, его куда-то несли.

Погрузили в какую-то машину. Чья-то пьяная голова упала ему на грудь и долго качалась на ней, пуская слюни. Последнее, что он помнил, прежде чем окончательно отключиться, была опять-таки эта голова, которая, открыв бессмысленный глаз, заплетающимся языком спросила у Турецкого:

— Вован… Слышь, Вован… Неужто я в натуре просадил тридцать «лимонов»?!

Петровка, 38

Утро"

"Когда бывшему директору небезызвестного сыскного агентства «Глория» Вячеславу Ивановичу Грязнову предложили снова надеть привычный милицейский мундир и в новом чине полковника стать первым заместителем начальника МУРа, он, несмотря на заманчивость предложения, согласился далеко не сразу.

По правде говоря, после года самостоятельного плавания в суровом море частного предпринимательства, где он был сам себе хозяином и успел изрядно укрепить свое материальное положение, возвращаться к прежней жизни, с ее суматошными буднями и более чем скромной зарплатой, ему, разумеется, не хотелось. Отчасти это было равносильно возвращению в прошлое, с которым Вячеслав Иванович, как ему казалось, решительно покончил.

Но были в этом предложении и свои положительные стороны. В частности, реальная возможность заниматься настоящим делом (привлекательная вообще для любого профессионала), на фоне которого работа в частном сыске была хотя и весьма прибыльным, но все же легкомысленным дилетантством.

При всех достоинствах этой работы за год с небольшим она порядком осточертела бывшему оперативнику.