Горькие ягодки

Зарозовевшая Надюшка принимает из рук Дамира очередной букет роз. На этот раз розовых. Надюшке надарили сегодня столько роз, что их аромат витает в воздухе, придавая скромной Надюшкиной квартире некую романтичность и даже немного таинственности. Надюшка ещё и погасила верхний свет и зажгла настенные светильники в виде свечек.

Такие же светильники стоят и на многострадальном Надюшкином фортепиано, за которое я усаживаюсь, стараясь не смотреть в сторону Элеоноры и не слышать её противный щебет на тему какой у нас запутанный городок, и как же долго она искала Надюшкин дом, и что, если бы не Дамир, которого Элеонора уговорила ей помочь, она искала бы Надюшкин дом до утра.

Вместе с Дамиром искала бы, видимо. И вообще, о том, что такое телефон, Элеонора никогда не слышала? Не говоря уж о том, что она вообще-то была у самого Надюшкиного подъезда всего лишь позавчера. Не так уж и давно. А этот её лепет о запутанности нашего городка? Учитывая то, что она постоянно навещает здесь свою тётку, а наш городок совсем небольшой и вовсе не запутанный…

Нет, я нормально отношусь к этой очередной красавице. Я вообще должна быть ей премного благодарна за то, что она явилась своеобразным катализатором моего избавления от власти Андрея. От ненормальной власти.

Правда, несмотря на то, что разумом я вполне осознаю, что должна испытывать к Элеоноре лишь благодарность, особо добрых чувств к сей нежной красавице я всё равно не питаю. Напротив, она крайне раздражает меня своим видом и своей болтовнёй. Её слишком много.

Если Андрей с Анжелой, да и Дамир тоже, ведут себя в незнакомой в общем-то компании вполне соответственно и адекватно, не привлекая к себе особого внимания, то Элеонора явно решила стать королевой вечера. Типа, прекрасная москвичка снизошла до посещения нашей глухой провинции.

– Потише, потише, доченька, садись-ка лучше вот сюда, – слышу голос тёть Паши, культурно осаживающей шумную гостью.

– Да, да, потише, девушка, – говорит кто-то из наших ребят, не подпавший под действие чар прекрасной москвички. Элеонора наконец замолкает.

В комнате становится так тихо, словно я здесь одна.

– Ну что, тёть Паш, твою любимую? – улыбаюсь я Надюшкиной маман.

На сегодняшний день любимая песня тёть Паши в моём исполнении это та самая песенка про камушек в груди, с помощью которой Дашка когда-то пыталась составить психологический портрет Андрея, как она тогда выразилась, веселясь и иронизируя. Как давно это было. Какие весёлые и беспечные были мы с Дашкой тогда…

Вообще, что тёте Паше, что моей маме, нравятся простые сентиментальные песенки. Но их фавориты время от времени меняются. Предыдущим была «Калина красная». Говорят, у меня хорошо получаются такие вот душевные песенки.