Сергей (СИ)

И почему он этому вообще придает этому значение? Ну, позвонил, ну наорал, и какая разница, что она теперь о нем думает? Пусть о зачетах думает. Ему все равно. И с контактов убрать надо. Зачем ему ее номер? Зачем позвонил? А в голове снова эхом слышался ее голос и тихий смех, который падал многочисленными яркими скобочками, к земле закручиваясь в «вертолетики». Пьяный мозг постепенно засыпал. К утру будет разламываться голова, мутить, возможно, даже выворачивать, да и все тело станет, как вата, и, наверняка, Серёга скажет сам себе: «Зачем вообще стоило напиваться?». Но сейчас главное — все мысли пропали, и наступил сон.

Глава 3

Он и в самом деле ей больше не звонил. Гребень волны, о котором говорил психолог, как-то вдруг стремительно полетел вниз. Все внимание временно занял новый «проект» — дерзкий, рискованный, разгоняющий в крови адреналин до скорости света. С замиранием сердца ожидался результат и вместе с ним подбиралось моральное удовлетворение.

И вот в один из таких дней, когда эмоции распирали, а серое промозглое небо с мелким моросящим дождем казалось пределом райской красоты, Сергей стоял на крыльце офиса, наслаждаясь горьким сигаретным дымом обжигающим лёгкие. Мимо процокали великолепные длинные ноги. Похотливо и оценивающе их оглядев, он быстро набрал номер и, улыбаясь, глядя в небо замер в ожидании ответа абонента. Рассчитывал ли он, что ему ответят? Скорее нет, чем да. Но, когда в трубке все же послышался голос, ничуть не растерялся:

— Дашка?! Привет! — жизнерадостно воскликнул он.

— Привет, Сергей, — вторили ему.

— Грызешь гранит науки?

— Когда грызть больше нечего, приходится и гранит, — настроение у девушки было диаметрально противоположное ему. Меланхолия скобочками в другую сторону медленно начала просачиваться ему под кожу.

— Эй, Ботаник. Все так плохо? Тебя покормить?

— Пряниками?

— Можно и пряниками, — внезапная идея вместе пообедать неожиданно оформилась и начала приобретать навязчивость. — Я серьезно. Чай, кофе? Заодно познакомимся вживую, так сказать. А? Что скажешь?

— Эм-м… дай посмотрю, сейчас, случаем, не позднее время, когда плохие мальчики выходят на охоту?

— Я всегда плохой мальчик. В любое время.

— И почему тогда я должна согласиться?

— Наверное потому что хорошим девочкам нравятся плохие мальчики, — шутка прозвучала вкрадчивым голосом змея обольстителя.

Девушка хмыкнула:

— Чувствую себя кроликом перед удавом.

— Ага. Ко мне, бандерлоги! — засмеялся Сергей.

— Бандерлоги — это обезьяны, — заметила Даша несколько обиженно. Шутливый тон собеседника вроде немного оживил ее.

— Точно. Не подумал. Извини, заяц!

— Заяц длинноухий? — подозрительным тоном переспросила Дашка.

— Заяц — белый и пушистый.

— Лохматый, значит? — снова завредничала она.