Синий мопс счастья

Чтобы осуществить задуманное, мне следует посекретничать с вами именно там.

– Конечно, – воодушевленно заорала бабуся, – жду. Кстати, продемонстрирую вам свое умение перевоплощения!

На сей раз Гликерия предстала передо мной в образе женщины-вамп. Иссиня-черный парик с крупными локонами до плеч, забор щетинящихся ресниц, огромные, увеличенные карандашом, кроваво-красные губы, кожа цвета перезревшего апельсина и туловище, затянутое в тесное длинное платье из шелка темно-синего цвета. Справедливости ради следует отметить, что, несмотря на преклонный возраст, Гликерия Петровна сохранила девичью фигуру, похоже, у нас с ней один размер.

Желая сделать старушке приятное, я сделала каменное лицо и спросила:

– Гликерия Петровна дома?

Хозяйка радостно засмеялась:

– Не узнали? Говорила же, мастерски перевоплощаюсь.

– Скажите пожалуйста! – закатила я глаза. – Великолепно, невероятно, волшебно! Феерия!

– А не выпить ли нам чаю? – взвизгнула Гликерия.

– Конечно! – радостно воскликнула я. – Заодно и поболтаем."

"В красиво обставленной итальянской мебелью кухне мне налили вкусный чай. Я, словно Шерлок Холмс, делала логические умозаключения.

Похоже, Гликерия Петровна, пенсионерка, абсолютно не экономит. Кухонные шкафчики совершенно новые, холодильник роскошный, трехкамерный, плита со стеклокерамической поверхностью. А на столе шоколадные конфеты, дорогое печенье, французский сыр. И чай хозяйка заварила элитный, достала его из фирменной железной банки. Многие из пожилых людей под занавес жизни становятся отчаянными лакомками, едят мало, но вкусно. Однако отнюдь не все имеют возможность потакать себе. Гликерия Петровна принадлежит к счастливому меньшинству российских пенсионеров, у которых нет материальных проблем. Еще похоже, что в квартире недавно делали ремонт.

– Вы разбили стену между комнатами? – для затравки разговора поинтересовалась я.

– Ах, – дама моментально попалась на крючок, – сейчас все расскажу. Наша квартира историческая, каких только людей тут не перебывало.

Я принялась спокойно вкушать изумительный чай. Сейчас Гликерия сама расскажет мне историю семьи, узнаю, каким образом Борис Сергеевич Касаткин связан с Сергеем Васильевичем, и, может, пойму, куда, кому и зачем последний собрался передать мое фото.

Жили были два брата Сергей и Василий Касаткины, оба художники, работали для театра. Мужчины нежно любили друг друга, обитали в одной квартире и в нее же привели своих жен. На отношение братьев не повлиял даже тот факт, что господь несправедливо распределил между ними талант. Василий получил все, а Сергей ничего. Первого считали гением, второго держали на работе лишь из уважения к Василию. В подобной ситуации между родственниками возникает ревность, гремят скандалы.