Развод. Вспомни, как мы любили

Тоже сжимаю его ладонь в ответ. Холодный ветер треплет мои волосы и подныривает под шарф.

— Целуй ее уже, — кто-то тяжело вздыхает в стороне.

Дворник. Стоит в двух шагах от нас, опершись о черенок лопаты, и поправляет шапку на лбу, устало вздыхая:

— Целуй. Долго будешь сиси мять? Она же все готовенькая стоит. Румяная, глаза блестят, а ты что?

— Мы в разводе, если что, — цокаю я."

"— Да ты что? — дворник усмехается. — А не насрать ли?

— Вы довольно грубо выражаетесь, — охаю я.

— Да жизнь вообще не нежная, — цыкает. — Мне снег вот надо чистить, а вы тут уже минут пять стоите и друг на друга смотрите.

— Да я тоже тут жду, — вздыхает с другой стороны старческий голос. — Встали посреди дороги.

Перевожу взгляд на полненькую бабульку в белом пуховике. У ее ног зевает черный лохматый пес. Ему тоже надоело ждать.

— Ой, простите, — виновато шепчу я, отступаю и тяну Виктора за собой. — Что-то мы отвлеклись.

— Ясно, развязки, — бабулька смотрит на дворника, — мы с тобой не дождемся, — проходит мимо, и пес лениво следует за ней.

— А это, случайно, не ваш пес, дорогуша, срет у клумбы? — дворник подозрительно щурится на нее.

— Нет, — вскидывает подбородок. — Не мой.

— Я придумал причину, по которой ты пообедаешь со мной, — шепчет мне на ухо Виктор, и я вздрагиваю. — Причина простая, Машуль…

— И какая же? — поднимаю взгляд.

— Мы оба этого хотим.

Глава 52. Шоколад и фисташковое мороженое

— Я давала себе обещание, Вить, — делаю глоток капучино, — что не буду той женщиной, которая станет с бывшим мужем встречаться и ходить на обеды.

— Вот прямо такое обещание давала, — вскидывает бровь.

— Ты же понял о чем я.

— Я тебя силком сюда не тащил, — самодовольно ухмыляется. — Хотя я об этом подумывал.

— Да я не об этом, — цокаю. — И да. Я была голодной, если что.

Слабая отговорка, однако я не вру. Я действительно серьезно проголодалась и еле дождалась своего заказа, который быстро смела, будто несколько дней не видела еды.

— Я тоже был голодным, — улыбается, обнажая свои ровные и идеальные зубы, — поэтому и сказал, что мы этого оба хотим.

— Звучит очень провокационно.

— Считаешь?

Так, мне нужна передышка от улыбок и взглядов Виктора, который ничего такого не делает, но тем же тоном голоса заставляет терять все мысли.

Еще пять минут тихого разговора с ним, и вот точно меня можно уносить готовенькую на ручках в свою берлогу.

И против поцелуев я не найду сил бороться.

— Считаю, — касаюсь губ салфеткой и встаю. — Пойду припудрю носик.