Сыграй со мной в любовь

Хватило одной статьи, чтобы стало понятно, почему блог так быстро стал популярным. Лика рассказывала без прикрас. Делилась впечатлениями живо, красочно, с наивностью девчонки, которая первый раз попала в ресторан."

"Фотографии, небольшие видеоролики, заметки — взглядом любителя, не профессионала она подмечала каждую деталь и находила собственные сравнения и метафоры. Не верилось, что когда-то эта же девушка писала о сливе отходов в реку и костерила местных депутатов за их грязно пахнущие делишки.

У Лики получалось душевно. Без показухи и выпячивания себя и своего ""ИМХО"". Блюда, улыбающиеся официанты, красиво сервированные столики и редко, очень редко она сама — руки, смеющиеся глаза, и никогда полностью.

Она словно дразнилась, подначивала узнать себя в толпе. Мне понадобился час чтения блога, чтобы придти к этой догадке, а когда заметил, что в низу Лика всегда указывает ""следующую жертву"", убедился окончательно.

Не стоило этого делать, но удержаться от соблазна и не посмотреть, какой ресторан у нее следующий, я не смог.

""Восемнадцатое июня. Ресторан ""Новый Пекин"" — глаза несколько раз пробежались по последней записи и во рту пересохло. Через три дня. Именно тогда, когда я буду лететь к шведам.

Глава 17

Лика

День с самого утра начался не так как обычно. Вместо шума мусороуборочной машины под окном какой-то безумец звал Люсю и клялся ей в любви. Папа умудрился спалить новенький электрочайник, а я сама с недосыпа чуть не нанесла на зубную щетку крем для рук вместо пасты.

Нас всех дружно будто подменили. Однако, сюрприз, который преподнесла Вера, никто даже в самой смелой фантазии не смог бы предсказать.

Моя молчунья-дочь произнесла второе слово в своей жизни. Первым было ""мама"". Мы все ждали, когда же она, наконец, скажет ""баба"", ""дед"" или ""Петя"", но Вера четко и громко произнесла ""папа"".

Для меня это было как удар под дых. Радость и одновременно растерянность выбили почву из-под ног. Судя по поджатым губам матери, для нее второе слово любимой внучки вообще прозвучало будто проклятие.

Всего одна мелочь, четыре буквы в устах ребенка, а наш новый хрупкий мир грозил вновь покрыться трещинами. У медали две стороны. Самые близкие для меня люди молились на одну и не желали знать о другой. Что может случиться, когда Вера уже осознанно спросит про отца, даже думать не хотелось.

Бомба замедленного действия с каждым днем тикала все громче. Вероятно, Тема был прав, когда говорил, что мне пора завязывать со спасением всех и съезжать.

* * *Мысли о втором слове дочери и о переезде так прочно засели в голове, что я совсем потерялась во времени. Только когда часы на руке показали семь вечера, я вспомнила про столик в новом китайском ресторане, который заказала еще неделю назад.