Теперь мы квиты

Тогда он приподнимается и подбородок мой пальцами сжимает.

– Ты поняла?

– Поняла, поняла, – закатываю глаза, выдыхая. Он такой упрямый. Можно подумать, Марика станет его слушать. Ага, у Варламовых семейное – быть упертыми баранами.

Но я не хочу спорить. Знаю, что поеду с ним. Я так соскучилась, что ни на минуту не готова выпускать его из вида.

Он прижимается губами к моей шее, а я в запахе его теряюсь.

– Мы не тронули его. Он будет сидеть, – вдруг раздается хриплый шепот Луки.

Снова говорить о Роме. Я думала и об этом. И мое мнение не изменилось.

– Мне плевать, правда.

Поворачиваюсь к нему лицом. В глаза его смотрю.

– Я найду Оскара и найду Глеба, – ладонью по скуле ведет.

– Нет. Не ищи. Хватит, Лука. Я не хочу, чтобы ты рисковал.

Смотрит на меня так влюблено, словно и нет мира вокруг, кроме меня.

– Ты ох*р*нная, детка, – шепотом, губами скул моих касаясь.

– Детка? – подозрительно прищурившись. – Ты ни с кем меня не перепутал?

Смеется. Так заразительно, что и мне хочется тоже.

– Что смешного, Варламов?! – пытаюсь оставаться серьезной. – Это кто у тебя деткой был? Дура блондинистая?

Он опускает на меня взгляд. В глазах его плещется такое пламя, что кажется, приблизься на пару сантиметров – сгоришь.

– Ослик… Ты такая… Зубы порой сводит, как хочется куснуть тебя.

Он наклоняется, тянется к моей шее. Выставляю вперед ладонь.

– Только попробуй, Варламов, – предупреждающе.

Он замирает. Но по хитрому блеску его глаз я понимаю, что это обманный маневр. И ровно через три секунды, он вдруг срывает с меня одеяло и резко переворачивает, кусая за попу.

– Ай! – взвизгиваю, пытаясь выкарабкаться из его хватки. А этот наглец переходит к самым запрещенным приемам – он начинает меня щекотать. И это ужасно. Я смеюсь и визжу так, что сводит живот.

– Хватит, Варламов! Я ведь уписаюсь!

А он еще сильней щекочет.

– Ну и где твоя храбрость, маленький Ослик, а?!

Смеется вовсю, наконец—то перестав издеваться.

Убирает волосы с моего лица, целует в нос. Второй рукой, на всякий случай мои запястья держит.

– Еще раз вспомнишь о ней, получишь ремня, поняла?

Ну и как тут злиться на него? Когда глазами в самую душу смотрит, и любовью каждое слово пропитано.

Глава 27. Конец и начало

Две недели спустя

– Ты же понимаешь, что у тебя бой через неделю? – Огинский припарковался у входа в ресторан. Поймал его недовольный взгляд. Да плевать мне, пусть хоть разорется во всю глотку в ответ, проблема остается нерешенной.

– Я держу ситуацию под контролем, – бросил небрежно в ответ.

Посмотрел на его кисть со сбитыми в кровь костяшками.

– Ну да, я вижу. У тебя все схвачено.

– Это не то, брат. С Гессом сцепились…"

"Мне не хотелось даже вникать в их спор. Они с Исаем никак не разберутся, кто тр*хает девку. А та вертит хвостом перед обоими.