Темный любовник

Но похоже, этой ночью его занесло на вершину хитпарада.

Как же они здесь очутились? Вспомнил! Прикончили бутылку скотча и вырубились. Да, а виски приволок Тор. Или Торман, так его, вроде, зовут.

Господи, как он всех запомнил? Рэйдж, Фури и этот мрачный урод Зетист.

Солидные вампирские имена.

Не какие-нибудь задрипанные Том, Дик или Гарри.

Трудно представить, чтобы убийцу-кровососа звали Говард или Юджин.

«Нет, Уолли! Пожалуйста, не кусай меня за…»

Черт, вот так и сходят с ума.

Интересно, сколько сейчас времени?

— Коп, скажи, который час? — просипел Вишу.

Буч потянулся к ночному столику. Рядом с часами лежала бейсболка «Ред сокс», золотая зажигалка и черная перчатка.

— Пять тридцать.

— Круто. — Вампир перевернулся на другой бок. — Не открывай портьеры еще часа два. Иначе я сгорю, на фиг, и братья порвут тебя, как грелку.

Буч улыбнулся. Пусть они и вампиры, зато говорят с ним на одном языке. И плюют на весь свет так же, как и он. С такими ребятами можно не напрягаться.

— Чего скалишься? — поинтересовался Вишу.

— С чего ты решил?

— Я спец по эмоциям. Или ты из тех весельчаков-жаворонков, которым не спится по утрам?

— Помилуй бог, нет. Да и сейчас, между прочим, не утро.

— Для кого как, коп.

Вишу повернулся к Бучу лицом.

— Знаешь, а ты неплохо вчера смотрелся. Не припомню, чтобы кто-нибудь из людей лез ко мне или к Рэйджу. Тем более — на глазах у братьев.

— Не подлизывайся, я все равно тебя не поцелую.

По правде говоря, Буч смутился. Из-за неподдельного уважения, прозвучавшего в голосе Вишу.

Вампир прищурился. Его сканирующий взгляд был страшнее пескоструйной машины.

— Черт, да ты никак в смертники записался?

— Может быть, — ответил Буч. Он ждал следующего вопроса и удивился, когда его не последовало.

— Как и все мы, — проворчал Вишу. — Поэтому я и не спрашиваю почему.

Они помолчали.

Глаза-сканеры вновь сузились.

— Дороги назад нет. Понимаешь, коп? Ты слишком многое видел. Мы не сможем выполоскать тебе мозг и вернуть обратно.

— Намекаешь, что пора заказывать гроб?

— Надеюсь, что нет. Но решать не мне, а тебе.

Повисла пауза.

— Тебе ведь некуда возвращаться? И не к кому?

Буч уставился в потолок.

Когда, ближе к утру, ему разрешили проверить автоответчик, на нем было всего одно сообщение: капитан приглашал ознакомиться с результатами внутреннего расследования.

Что и говорить, важная встреча. Нетрудно представить, что на ней произойдет. Сделают козлом отпущения в рамках борьбы с полицейской жестокостью и либо уволят к чертовой матери, либо отправят в контору — перебирать бумажки."

"Что до родни, то ма и па, дай им Бог здоровья, живут в своем таунхаусе в Саути и беды не знают. В кругу любимых сыновей-дочерей. Траур по Дженни не мешает им быть счастливыми пенсионерами.