Ты для меня? (СИ)

На прическе не стала заострять внимание, а потому, хорошенько пройдясь по волосам щеткой, оставила их распущенными. К глубочайшему удивлению, одеяние для вечера за нее выбрал сам Герман. Когда девушка вышла из ванной, оно уже покоилось на кровати. Лежало, прямо поверх шикарного покрывала, выполненного в классическом стиле.

Все же, порылся в ее шкафу, прежде чем уехал!

Да, они пришли к выводу, что лучше им явиться на мероприятие порознь, чтобы не давать лишнего повода для сплетен.

Застегнув молнию вечернего черного платья, Лера покрутилась у зеркала, придирчиво разглядывая себя со всех сторон.

Невзирая на отсутствие рукавов, и лямок, смотрелось оно довольно строго. И строгость эту не портила ни длина, едва доходящая до колен, ни слишком облегающий фасон. Однако обнаженная шея, и зона декольте казалась…скучной и пресноватой. Не хватало изюминки. Тяжело вздохнув, девушка начала рыться в своей шкатулке с украшениями. Пальцы, сами по себе, ухватили тонкую платиновую цепочку, и потянули вверх. До уровня глаз.

Господи! Сколько же лет она не держала свою черную жемчужину в руках? Почти три? Задрожала всем телом, вспоминая ночь, когда Герман подарил ее.

Прокручивая в памяти и сегодняшние события, не сомневалась более ни секунды. Что же, пусть символ принадлежности ему, вернется на свое законное место.

Пусть видит! Пусть знает! И пусть думает, что хочет!

— Ну, привет, подруга! — Привычным жестом защелкнула замочек. — Будем считать, что я твоего хозяина простила!"

"Глава 28

— И, все же, ты странная!

Наверное, в десятый раз повторил Глеб, галантно распахивая перед Лерой двери такси. Всю дорогу, друг наблюдал за ней хмуро и пристально, пытаясь подтвердить, или же опровергнуть известные одному лишь ему догадки.

И не удивительно — ее трясло, будто паралитика! Честное слово. Зубы чечетку отбивали, и кожа то и дело порывалась крупными мурашками. Волнение не удавалось унять, хоть до ста считай, хоть до миллиона! Сама не понимала, какого черта так страшится предстоящей встречи с Германом. Даже пальцы леденеют. И это после того, как развратно отдавалась ему в разных позах, чуть более часа назад! Последние воспоминания отозвались приятным спазмом, с толикой дискомфорта, между ног. Девушка оказалась права, опасаясь такого напора его нешуточной страсти. Отвыкшая от подобных игр плоть, саднила и немного побаливала. Однако эти ощущения, далеко не неприятные, и являлись неким гарантом, живым подтверждением реальности той ситуации.

Это произошло. На самом деле.

— Вот!— Выразил недовольство Давыдов-младший, настырно требуя свою порцию внимания. — Опять в облаках витаешь!

Встрепенулась она мгновенно, отодвигая переживания на задний план. Еще будет время хорошенько все обдумать, или же отругать себя за легкомысленность.