Ты теперь моя

Включая то самое безграничное чувство, в котором я сегодня особенно сильно нуждаюсь.

— Я хочу, чтобы ты была сильной.

— Я буду, — заверяю, усердно кивая. — Я буду.

— Умница, моя красивая.

— Я так люблю тебя, папочка.

— И я тебя, моя принцесса. И я тебя…

Едва стихает наша мелодия, в оборот музыкантов берет Рита и требует организовать нам достойную танцевальную программу. Они охотно переключают динамики на музыкальный центр и уходят на перекур.

Зажигательные ритмы «Ain't It Funny[3]» в несколько стрекочущих тактов и дребезжащих перекатов сметают выдержанную атмосферу.

— Ну, погнали, Хороля, — восклицает подруга, скидывая обувь и подбирая подол длинного платья.

В танцевальной школе с Риткой Савельевой мы люто соперничали. И вместе с тем каким-то непостижимым образом друг другу нравились. Уже тогда хотели дружить, но не признавались. Пока превратностями хитроумной судьбы не оказались на одном потоке в университете.

Под эту песню Лопес наш состав когда-то выступал на соревнованиях в Москве. Собственно, за место в первом ряду мы с Савельевой едва не подрались. Сегодня смеемся, без труда угадывая мысли друг друга.

Тело, опережая сознание, воскрешает танцевальные связки, которые мы тогда отрабатывали до потери пульса. Отбрасывая туфли так же, как и Ритка, собираю пальцами подол. Даже свадебное платье не мешает с проснувшимся азартом синхронизировать движения и ловить от этого головокружительный эндорфиновый кайф. Ноги перебирают и рисуют ритмичный такт, бедра вращаются, мышцы живота сокращаются, плечи и руки выкручивают идеальные пируэты.

Вместе с кровью сосуды затапливает адреналин. Тело нагревается. В груди вспыхивает горячее возбуждение. Разум отключается. Забываю о мерах предосторожности. Сама ищу Саульского глазами. Он стоит неподалеку, в компании безликих для меня в тот момент мужчин. Смотрит. И я засматриваюсь. Мне нравится, как на нем сидит костюм, и то, как белый воротничок рубашки оттеняет его смуглую кожу. Нравится, как в мужественной резкости черт выделяются его серые глаза. И как они опасно мерцают, когда он принимает мои настойчивые неосторожные взгляды. И то, как его взгляд, прослеживая мои движения, медленно стекает по моему телу, будто раскаленная жидкая сталь.

Отворачиваюсь. Но чувствую, что он продолжает смотреть. И не могу сдержаться, чтобы вновь не стрельнуть в него глазами.

Что со мной такое? Почему я так взбудоражена? Почему продолжаю на него глазеть?

Щеки и шею опаливает жаром. Это не просто смущение. Что еще? Я не знаю.

Глава 3

Я иду навстречу солнцу,

Я дышу порывом ветра…

© Токио «Кто я без тебя?»

Юля

— Съешь что-нибудь, — грубый голос Сауля заставляет меня вздрогнуть. — Белая. С платьем сливаешься.

— Не хочу. Не голодна.

Чистое упрямство, признаю.