В объятиях страха, или За котом на край Вселенной

Да, Дик глуповат, Айзек – грубоват. Но поверь, они люди чести.

– И не выкинули бы нас по дороге на Ойкон?

– Нет, конечно. Братья не любят богатеев, ненавидят федералов. Если бы они не загребли нас с мамой, ничего бы и не было. Но зла они никому не желают. Мы просто хотим жить. А ты вообще оказалась совсем не такой, как мы представляли изначально. Поверь, брат не совершит по отношению к тебе подлости. Не такой он человек.

– Это радует. Значит, тебе нужна операция?

– Хочешь стать спонсором? – Она хитро прищурилась.

– Не совсем я… но мысли есть. – Вообще-то, я бы предоставила такую честь своему папаше.

– Слушай, а дружить с богатенькой выгодно, – хохотнула Ким.

– Не знаю, не дружила, – честно созналась я.

Она громко засмеялась. Это, наверное, странно, но мне нравилось это качество в Ким: говорить то, что на уме.

Открыто, смело. Без лицемерия, подхалимства и заискивания.

Этого было до того мало в моей жизни, что сейчас я получала удовольствие от общения с этой девушкой.

– Ну вот моя святая святых! – Перед моим носом распахнулась дверь в каюту Ким.

– Я лучше зайду, – закивала я.

– Вот и правильно! – Мне достался полный энтузиазма взгляд. – Ненавижу, когда на меня смотрят как на инвалида. Шушукаются. Эти постоянные вопросы Айзеку, почему он не установит мне имплантаты…

– Зачем? – Я прикрыла за собой дверь. На панели сбоку загорелся зеленый свет, означающий, что хозяйка комнаты внутри. – Все эти модификаторы потом так просто не убрать. Если есть шанс восстановить позвоночник, то не стоит уродовать тело.

– Этим ты мне и понравилась. – Ким зависла на доске над кроватью. – Не смотрела презрительно, как на подбитого подранка. И Маркус тоже не смотрит. Наоборот, постоянно выспрашивает подробности.

– Да-да, помню. Дотошный мозгоклюй, – поддела я девушку.

– Ой, ну это так. Легкий флирт и аура недоступности. Обычный набор женских уловок. – Она открыла двери своего шкафа и жестом пригласила подойти. – Приступаем к твоему преображению. Долой однообразную мешковатую одежду, да здравствует секси-мини, декольте и разрезы до бедра.

Услышав такие речи, я приподняла бровь.

– В общем, тут куплено уже все после того, как я оказалась на доске. – Мой скептический взгляд предпочли не заметить. – Много даже не ношено. Куда мне выходить красоваться? Время моей беззаботной, шальной, ветреной молодости, увы, прошло. Вернее, ее у меня отобрали. Но из себя же погулять не выйдешь! Так что по привычке я скупала, бывало, и шикарные платья. Вот сейчас они нам и пригодятся.

– Ким, вернется она еще, твоя ветреная молодость. Будешь вышагивать на каблуках.