Одна тень на двоих

«Это только начало» — вот что было написано. Наконец-то она разобрала.

— Что это такое? — спросила Марта, ни к кому не обращаясь. — Что — «только начало»?! О чем это?!

Охранник пожал плечами и отошел.

— Приедет Владимир Алексеевич. Это Дудников, наш главный шеф, — пояснил он, опять что-то внимательно рассматривая, на этот раз на стене, — привезет фотографа. Фотограф сфотографирует, а эксперт потом скажет, один человек ваши записки и эту… наскальную роспись сделал или нет.

— Не один? — пробормотала Марта.

— Вышла бы ты на улицу, — негромко посоветовал Данилов, — здесь совершенно нечем дышать.

Хоть бы что-нибудь новое сказал. Например: принеси мне кофе.

Господи, у них же есть кофе! Целый большой термос кофе! И бутерброды, и два яблока, прикрытые салфетками, — кусок нормальной вкусной субботней жизни!

— Данилов, дай мне ключи от машины. У нас в машине термос кофе! Я сейчас принесу. Как вас зовут?

— Меня зовут Дмитрий. Дима, — добавил страж, подумав, как будто сомневался, что Дмитрий — это именно Дима, а не Юра, к примеру. — Сюда лучше не носите. Здесь все равно дышать нечем. Давайте лучше на улицу выйдем.

— Я не пойду, — сказал Данилов и вложил Марте в руку ключи, — я пока посмотрю, может, найду что-нибудь…

— Нет, Андрей Михайлович, — возразил охранник твердо, — мы будем смотреть вместе. Простите, но одного я вас здесь не оставлю.

— Почему? — вмешалась Марта. Охранник — все-таки Дима, а не Юра, — безмятежно улыбнулся. Данилов улыбнулся ему в ответ. Как обычно. Губы улыбались, а сам Данилов и не думал.

— Потому что я могу уничтожить какие-нибудь важные детали, — пояснил Данилов Марте, — например, кисть, испачканную голубой краской.

— Кисть тут ни при чем, — сказал охранник рассеянно, — это из баллона рисовали.

— Почему из баллона? — спросила Марта. — Какое это имеет значение, из баллона или кистью?

— Из баллона потому, что краска вокруг летела. Видите, обивка вся в краске. Потому и прочесть так трудно, половина букв на стене, а половина на клочьях получилась.

— Ну и что? — настаивала Марта.

— Да ничего, — Дима пожал плечами и опять лучезарно улыбнулся, — просто наблюдение. У нас теперь самое главное — это наблюдение, сопоставление, поиски улик.

— Вы в милиции работаете… Дима?

Он посмотрел на Марту несколько свысока и вздохнул байроновским вздохом. Ему было двадцать пять лет, шеф оставил его «за главного», он чувствовал свое превосходство над Даниловым, за которым он должен был присматривать, и ему нравилась Марта. Просто так. Она была высокой и худощавой, немножко бледненькой, очень симпатичной. Диме нравились все без исключения девушки — и все «просто так».