Войны начинают неудачники

Разработкой и руководством операциями, как правило, занимались другие люди.

– У вас есть предположения, с кем он мог быть?

Генрих Карлович улыбнулся:

– Я всегда говорил, что мы много потеряли, когда ты отказался от сотрудничества. Хватка у тебя железная.

Корнилов полез было за сигаретами, но остановился и рассеянно погладил ладонью пиджак.

– Тем не менее?

– Игорек покинул нашу систему вместе со своим командиром. Очень ценным игроком, если продолжать использовать эти термины.

– Одним из резидентов?

– Нет, – Генрих Карлович слегка поджал губы. – Управление, на которое они работали, занимается выполнением деликатных миссий.

Андрей ожидал подобного ответа. Дерзость, с которой действовали нападавшие на Ленинском проспекте, выдавала профессионализм убийц и их богатый жизненный опыт.

– А как с воспитанием у этого игрока? – спросил майор. – Он не мог уйти в криминал?

– Ни в коем случае. Слишком мелко для него."

"– Вчера ночью, – сказал Корнилов, медленно подбирая слова, – ваш специалист по деликатным миссиям уложил на Ленинском проспекте одиннадцать человек.

– Одиннадцать? А сколько было всего?

– Одиннадцать и было.

– Тогда все в порядке.

– Он опасен, Генрих Карлович.

Старик отрицательно покачал головой:

– Нет. Но даже если произойдет нечто экстраординарное, мы сумеем его нейтрализовать.

– И все-таки я бы очень хотел поговорить с этим человеком.

– Найди и поговори, – предложил старичок. – Извини, Андрюша, но здесь я тебе не помощник. Хочу только добавить, что тот, с кем ты планируешь побеседовать, объявлен в бессрочный розыск в шести странах мира. Причем ищут его по имени и внешним данным, которые давно изменились.

– «Очень ценный игрок»?

Старичок улыбнулся:

– Система – это навсегда.

– Как его имя? – понимая, что вряд ли услышит ответ, тем не менее спросил Корнилов.

– Этого я не скажу. И еще один совет, Андрюша: не подавай официальный запрос в Генштаб. Сегодня утром я убрал из личного дела Лебедева все ненужные подробности. Больше того, что я рассказал, ты не узнаешь.

Старичок поднялся, но не ушел.

– У меня к тебе просьба, Андрюша.

– Да, конечно.

– Я хотел бы забрать тело Игоря, – тихо сказал Генрих Карлович. – Он должен быть похоронен с воинскими почестями.

– Завтра. – Майор откашлялся. – Пусть ваши ребята приедут завтра.

– Хорошо. – Старичок отбросил в сторону прутик и, не прощаясь, направился в сторону улицы.

Оставшись один, Корнилов прикурил сигарету и, глядя на тонкий вьющийся дымок, тихо покачал головой. Опять пустышка. Система не выдает своих, а значит, о спецназовском следе можно позабыть.