100 великих узников

 Костомаров об этом не знал и мог разве что лишь догадываться."

"В 1861 году вместе с литератором М. Михайловым полиция арестовала и В. Костомарова, но последний оказал некоторые услуги жандармскому управлению и вскоре был выпущен на свободу. Однако царская охранка не упускала В. Костомарова из виду в надежде, что он будет еще полезен, а тот в свою очередь старался подороже продать свои услуги. И вот 21 февраля он ""изъявил готовность обнаружить известные ему преступные замыслы и действия отставного титулярного советника Чернышевского"". В. Костомаров написал длинное письмо вымышленному лицу (Николаю Николаевичу Соколову), в котором изобразил полемику с Н.

 Г. Чернышевским по поводу его литературного творчества и т. д. Однако на самом деле письмо сочинялось для того, чтобы между строк упомянуть, что автором прокламации ""Барским крестьянам"" является Н. Г. Чернышевский. А чтобы это не выглядело голословно, В. Костомаров подставил жандармам ""свидетеля"" — бывшего переписчика П. Яковлева, пьяницу, дебошира и нечистого на руку человека. В своих ""показаниях"" тот сообщил, что, служа у В. Костомарова, он был очевидцем разговора своего хозяина с Н.  Г. Чернышевским и запомнил обрывки некоторых фраз. Например, будто бы Н. Г. Чернышевский сказал: ""Барским крестьянам от их доброжелателей поклон. Вы ждали от царя воли, ну вот вам и воля вышла"".

В своем рвении В. Костомаров пошел еще дальше. Он подделал почерк Н. Г. Чернышевского и написал от его имени в свой адрес записку:

В Д. Вместо ""срочно-обяз."" (как это по непростительной оплошности поставлено у меня) наберите везде ""временнообяз."", как это назыв. предложение. Ваш Ч.

С помощью этой ""улики"" следственная комиссия и начала расследование.

Во время ""допросов"" В. Костомаров во всем ""признался"", после чего комиссия взялась за Н. Г. Чернышевского, но писатель держался твердо и непоколебимо. На вопросы отвечал, что никогда связей с А. И. Герценом не имел — ни прямых, ни ""каких-либо через посредничество""; воззвания ""Барским крестьянам"" не писал, предъявленную ему ""подложную"" записку не писал… Экспертиза почерка Н. Г. Чернышевского и ""подложной"" записки делает осторожный вывод: ""Почерк записки имеет некоторое сходство с почерком Чернышевского"", а комиссии большего и не требовалось.

Обвинители и судьи больше уже не заботились о достоверности улик и жестоко расправились с Н. Г. Чернышевским, приговорив его к 14 годам каторги с последующим поселением в Сибири навсегда. По царскому указу срок каторги писателю был сокращен до 7 лет, а потом его надлежало ""с лишением всех прав состояния отправить на поселение в Сибирь навсегда"".

В середине мая 1864 года Н. Г. Чернышевского подвергли гражданской казни на Мытной площади Петербурга.