100 великих узников

Вступивший на престол Александр III стал инициатором создания здесь политической каторги, и с момента официального ее учреждения на остров стали регулярно направлять партии ссыльных численностью до нескольких сотен человек. Таким образом, здесь сосредоточилось большое число противников самодержавия, и император, чтобы подавить малейшее сопротивление с их стороны, предоставил генерал-губернатору острова особые полномочия.

Впредь, до введения в Сибири нового судебного устройства, предавать суду по полевым уголовным законам всех каторжных и вообще ссыльных… Облекая вас… сей чрезвычайной властью, я остаюсь уверенным, что вы употребите оную лишь в самых крайних случаях… и при убеждении в необходимости немедленного и строгого наказания виновных.

Фактически этим был узаконен произвол местного начальства, и на Сахалине в борьбе со своими политическими противниками царизм отбрасывал даже видимость законности, чего нельзя было сделать в европейской части России.

Столицей Сахалина был пост Александровский. Здесь крутой берег, обрывающийся в море отвесными скалами, сменяется поросшей ельником низиной.

За ней на возвышении едва виднелось селение, улицы в котором были чистые, с тротуарами; постройки деревянные, бревенчатые, в основном — одноэтажные и потемневшие от времени. На главной улице, в длинном деревянном доме с традиционным часовым у дверей, жил военный губернатор Сахалина, управлявший тремя волостями. Он же командовал войском, состоявшим из четырех конвойных команд общей численностью 1000 человек. При губернаторе была канцелярия и состоял штат чиновников, Император Александр II которые заведовали разными отраслями островного хозяйства. Среди них были переводчик с инородческих языков, сам по-инородчески не говоривший; руководитель сельским хозяйством, которое поглотило много человеческих жизней и миллионы денег, а дало самые жалкие результаты. С величайшими трудностями на протяжении 30 лет каторжане обрабатывали землю, сеяли хлеб, и все это время питались хлебом, который привозили из европейской части России и из Америки. Был на Сахалине и священник-миссионер, никого за свою службу не обративший в православие; было много и других должностей, приносивших пользу только тем, кто их занимал. Каждый из чиновников обделывал свои делишки, а службу исправлял для видимости, чтобы в случае чего можно было ""отписаться""."

"Никто из них ни с теорией, ни с практикой исправления преступников никогда не знакомился, да им и в голову не приходили столь пустые мысли.