Акула

Волгин, прошу немедленно активизировать работу…», закрыл их и похлопал линейкой по голубым корочкам: – Единственное толковое дело! А в этих двух, вы уж меня, Сергей Сергеич, извините, просто конь не валялся! Не ОПД, а ксерокопии уголовного дела. Что запишем в протокол совещания? Тщательно изучить личности всех потерпевших, запросить другие районы об аналогичных преступлениях… Тотальный опрос всех бомжей. Поторопить экспертов с трассологической экспертизой по следам – если их заключение будет положительным, станем решать вопрос об объединении дел в одно производство, а пока таких оснований у нас нет… Что еще?

– Спортсмены…– задумчиво сказал Катышев и замолчал, глядя на присутствующих так, словно они должны были догадаться, кого он имеет в виду.

Волгин, впрочем, догадался, но раскрывать карты начальника не стал.

– Что – «спортсмены»? – спросил Воробьев, металлической линейкой измеряя поля на документах в уголовном деле.

– В девяносто восьмом году объявилась у нас шайка уродов. Каратисты из какой-то полуподпольной секции, я запамятовал название, лет по шестнадцать-семнадцать, на прохожих взялись приемы отрабатывать. До мокрух тогда, правда, дело не дошло, но покуролесили они крепко!

– Их задержали?"

"– Да, – Катышев ухмыльнулся и посмотрел на свой кулак. – Решили они как-то раз мента обидеть и со всего района выбрали самого беззащитного. Я тогда после суточного дежурства шел, уставший как собака! Но ничего, отбился, даже пистолет доставать не пришлось. Ваш предшественник, Василий Данилыч, на меня тогда чуть дело не возбудил – у одного из недоносков папаша важной шишкой оказался…

– Они уже освободились?

– Да их никто и не сажал, отделались условными сроками. Нет, в том, что это они снова нарисовались, я сомневаюсь. Думаю, проучил я их тогда основательно, да и времени сколько прошло… Но другие вполне могли в такую тему вписаться. Шарашкиных контор, в которых учат кулаками махать, в нашем районе – как грязи. Даже странно, если никто из них не догадался таким образом свои навыки проверять.

– Что ж, идея хорошая. Запишем это в протокол, как отдельную версию. Ты, Константин — прокурор взглянул на Поперечного, – направь необходимые запросы. В РОНО, в спорткомитет… Как он там правильно называется? Короче, разберешься. И еще, Константин: почему у тебя в деле на документах поля разного размера? Ты разве не знаешь, что они должны быть ровно три сантиметра, а не три с половиной или два и восемь, как у тебя?

Слегка удивленный Поперечный хотел защититься:

– Так ведь, Владимир Дмитриевич, когда бумагу в принтер закладываешь – всегда неровно выходит. Как там угадать? – но прокурор его возражений не принял:.