Дикая война

Протолкавшись к нему поближе, парень тихо спросил:

— Что случилось, Виктор Степанович?

— Артель старателей хунхузы вырезали. Всю добычу забрали, а людей словно скот… — голос мастера дрогнул. — Смотреть страшно. У нас так даже с бешеным зверем не поступают.

— А идут-то куда все? — кивнув, спросил Мишка.

— Так на площадь. Солдат нагнали, чистую сторону под охрану взяли, а мы словно и не люди вовсе. Вот пусть голова и ответит, что делать собирается. Заодно и посмотрит, как с православными эти нелюди поступают.

«Так. На этом митинге мне делать нечего. Глотку драть тут и без меня желающих хватит», — подумал Мишка и, снова кивнув мастеру, принялся проталкиваться к краю дороги.

В том, что начальство ничего толком сделать не сможет, он даже не сомневался. Тут нужна не военная операция, а точечный удар. Короткий и быстрый, как удар шпагой. Что-то вроде диверсионной операции. Но для такой акции его одного будет мало. Нужны спецы. Не просто стрелки, которых нужно вывести на место и указать направление, в котором требуется стрелять, как это было с хантами.

Выбравшись из толпы, Мишка огляделся и, свернув в переулок, через пять минут был в здании участка. Проскочив мимо дежурного, он подскочил к дверям кабинета урядника и, коротко постучав, вошёл. Толстяка он застал в расстроенных чувствах. Это выражалось в мрачной ходьбе из угла в угол.

Увидев парня, урядник кивнул и, вздохнув, тихо спросил:

— Знаешь уже?

— На площадь пошли. Голову трясти собираются, — отмахнулся Мишка. — Дядя Николай, у тебя среди казаков знакомые есть?

— Есть, да только они без приказа с места не тронутся.

— Не понял, — растерялся Мишка. — Это как так? Что ж они, не люди, что ли?

— Приказ им пришёл. До особого распоряжения границу не пересекать и на провокации не реагировать, — еле слышно вздохнул урядник.

— А зачем нам граница? — чуть подумав, зло усмехнулся Мишка. — И кто знает, где она, та граница?

— Что предлагаешь? — осторожно спросил толстяк.

— Сведи меня с казаками. А дальше я сам, — помолчав, отрезал Мишка. — Ну нельзя такие выходки безнаказанными оставлять. Иначе нас вообще за людей считать перестанут. Отвечать надо. И отвечать так, чтобы они даже подумать о подобном боялись. И один я не справлюсь. Тут не солдаты, тут настоящие воины нужны.

— Казаки, — понимающе кивнул урядник. — Ладно. Поехали."

"Тяжело поднявшись, он запер кабинет и, спустившись вниз, приказал дежурному вызвать кучера с пролёткой. Спустя четверть часа, дежурный бодро доложил, что пролётка у входа, и толстяк, развернувшись, широким шагом направился к выходу. Мишка, выскочив следом за ним, успел запрыгнуть в пролётку, и кучер, вдохновлённый начальственным рыком, щёлкнул кнутом. Соловая кобылка взяла бодрой рысью, и пролётка покатила к выезду из посёлка.