Беременная для Зверя

Кажется, эта хрень феромонами зовётся. Они у неё чисто блядские, манящие. Как сирена.

От одного запаха только слюни хочется пустить, глаза закрыть. Однако хер сам к ней приведёт. Стопудово.

Мысли и эмоции — на разрыв аорты. Сердечная мышца едва с напором справляется.

Ревную ко всем. Вынужденная разлука. Я Малую реже всех остальных видел. Ото всех закрыл, но ещё больше закрыть хочется. Куда уж больше…

Я её сейчас вижу сытой и довольной. Глазки снова блестят изумрудной зеленью. Переливаются и слепят. Ранят. Прямиком под дых её взгляд ударяет.

Тяну её к себе, накрывая дурманящие губы.

Жрать. Сосать. Кусать. Ещё и ещё. Собой на куски рвать. Снова собирать, любоваться и драть. Замкнутый круг на неё. Клином всё сошлось.

Однако чуть раньше она совсем другой. Бледной. Напряжённой. Со взглядом потухшим. Но всё равно сильным. Даже под пылью обид.

Малую тяготит закрытая обстановка. Свободы больше хочется. Передвижения. Шопинга наверное или чем ещё бабы себя развлекают? Ну, там кошками занимаются. Или как ещё, кроме плиты, дома и детей. Я этого не знаю.

— Рустам…

— Чё?

— Ничего. Имя мне твоё нравится. Рус-там, Рус-там, Рус-там… — повторяет счастливо.

Голос крепнет и снова звонким становится, как ручей.

Внутри всё позорно размягчается, как кусок сливочного масла на сковороде. Когда она меня зовёт так. Без обвинений. С желанием. Ещё с чем-то. От него горло перехватывает колючей проволокой. Даже подумать не получается. Но есть это чувство слепящее. От неё жаром исходит.

Наслаждаюсь её теплом. Руками и ртом. Малая меня им всюду исследует. Пробует. Лижет. Покусывает. Жадно жру потоки ласки и хочу ещё. Наслаждаюсь, наблюдая. Реально, млять, скучала? Не врёт…

— Чего ты хочешь?

Подминаю под себя.

Она затаивается, но трогает пальцами лицо, гладит. Губы обводит.

— Цветы? Вещи новые? Цацки? Может, деликатесов заебательских?

Жду. Что не попросить, найду. Принесу. К ногам положу.

— Тебя. Видеть почаще. Быть рядом. Гулять, — взгляд в сторону сбивает. — Может, не принято так. Или нет возможности, но мне не нужны драгоценности. Твоё внимание дороже. Знать, что я нужна. А то ощущение было, как будто бросил и забыл… — вздыхает. — Прости. Я не предъявляю претензий. Я просто хочу тепла.

— Теплом я тебя обеспечу. Прожаривать стану часто.

Ещё будешь с визгом прятаться от моего болта, — двигаю бёдрами, чтобы поняла, с чем дело иметь придётся. Опять кол дымится.

— Ненасытный.

— Я иначе не умею, — внезапно вырывается. — Я за бабами двадцать с лишним лет не бегал. Не ухаживал. Забыл, как это. Или вообще никогда не делал. На меня и так вешались.

Говорю так, будто хером своим хвалюсь и фейсом. Но Малая внезапно серьёзно кивает, будто понимает о чём речь.

— Я тоже не знаю. За мной толком никто не ухаживал. Ты себе забрал. Я тебя любить хочу.