Без очереди. Сцены советской жизни в рассказах современных писателей

– Ха! – развеселился Серега. – Надо будет своим рассказать. А ответов нет у меня. Нет ответов ни на какие вопросы…

Поскольку считалось достойным все в конечном счете сводить к иронии, мы согласились, что живем в забавной стране, и перешли к разговору о новых пластинках. Хотя, вообще-то, ровным счетом ничего забавного здесь не было.

Сочинение рассказов отчасти развлекало меня, но все равно год спустя я стал чувствовать, что впадаю в отчаяние. Я знал вполне умных людей, которые говорили, что моя работа позволяет осуществлять почти все потребности, какие только человек в Советском Союзе мог испытывать, включая не только возможность регулярно добывать алкоголь, но и немалую долю свободы, и время для творчества.

Разве что украсть было совершенно нечего. Но ведь когда-нибудь мне и зарплату поднимут! И, в общем-то, это почти так и было – по сравнению с другими работами. И все же не радовало меня вовсе. У меня была какая-то – ну, мечта, что ли. Соседка принесла однажды кассету с новым альбомом “Звуков Му”, там была песня “Я уволился с работы, потому что я устал…”. “Чтоб все время под ногтями оставалась чистота” – такая мечта. Я чувствовал себя участником спектакля, лишенного всяких достоинств. Я не хотел больше на чердаки и в подвалы. Я хотел делать что-то интересное в свободном режиме и по возможности за достаточные деньги. И мне казалось важным собственное становление.

Я снова взялся разносить письма по начальству, придумывая разные поводы, по которым меня следует мирно отпустить на все четыре стороны. В конце концов я всем так надоел, что они бы и согласились, но не могли.

Опять ждали бумажку, дающую такое разрешение. На участке мы теперь по утрам не играли в домино, а смотрели Съезд народных депутатов. Но отсутствие у человека работы все еще преследовалось законом, а увольнение “по статье”, скажем, за прогулы, обеспечивало в будущем действительно серьезные проблемы с каким-либо приемлемым трудоустройством. Все это тянулось. Я уже пытался уехать в армянский Спитак волонтером после землетрясения, но меня не взяли. Теперь я подумывал, не уйти ли все же просто так, в никуда, и будь что будет. Страна-то пошла меняться, и велика вероятность, что все это скоро перестанет иметь значение. Думал я правильно, но тут и вселенная подтолкнула меня локтем в бок. С маленькой помощью моих друзей я получил бумагу аж от Киевского райкома комсомола – и там значилось, что я совершенно необходим для нужд одной из создающихся под эгидой райкома новых инициатив альтернативной педагогики. Против сочных синих комсомольских печатей даже большие начальники устоять не могли.