Хозяйка собственного поместья

— Я слишком долго ждал, чтобы быстро закончить, — горячо и щекотно прошептал он, перед тем как прихватить губами мочку уха."

"Не знаю, как он умудрился справиться с крючками одной рукой, второй все еще держа мои запястья за спиной. Выпустил их только для того, чтобы сбросить с моих плеч платье. Ткань скользнула вниз. Прежде чем я успела обернуться, муж развернул меня сам, снова сжал за спиной мои запястья, второй рукой потянул вниз вырез рубашки, высвобождая грудь. Я невольно подалась навстречу его ладони, но он по-прежнему удерживал мои руки, не давая двигаться.

Наверное, я смогла бы вырваться, если бы решила сопротивляться всерьез, но я не хотела сопротивляться, и странное дело — ощущение, что я в полной его власти, лишь усиливало желание. Виктор обвел большим пальцем ареолу, и я разочарованно вздохнула, когда он не коснулся самого чувствительного места. Муж усмехнулся, прежде чем наклониться к моей груди, и вскоре я могла лишь стонать, подставляясь под ласки, а когда сорочка упала к ногам, не заметила вовсе.

Он поднял меня на руки. Покрывало само слетело, Виктор опустил меня и я утонула в перине, а потом его тело накрыло мое, и мир перестал существовать, растворившись в неровном дыхании, стонах, бешеном стуке сердца и ритме, который подхватил меня и понес, пока напряжение, копившееся внизу живота, не выгнуло тело сладким спазмом, вырываясь протяжным стоном.

27

— Сколько же сюрпризов, оказывается, в вас скрывалось, — сказал Виктор, глядя в потолок.

От этого «вы» защемило внутри. Как будто произошедшее ничего не изменило.

Я приподняла голову с его плеча, отодвинулась, собираясь сесть и одеваться. Глупо. Почему для него должно что-то измениться? Наверняка эта супружеская близость для него не первая — и разве постель сделала супругов близкими по-настоящему?

— Настя? — Муж подгреб меня под бок, разворачивая.

Бережно взял в ладони мое лицо, поцеловал один глаз, другой, кончик носа. Зарылся лицом в волосы, прижимая к себе.

Я ткнулась лбом в его грудь, слушая, как возвращается к нормальному ритму его сердце.

— Что-то не так?

И что ему ответить? Очень хотелось поверить его объятьям, а не холодному «вы». И незачем больше обманывать себя, что меня тянет к нему только из-за долгого воздержания.

— Настя? — повторил Виктор.

Он коснулся моего подбородка, заставляя поднять лицо.

— Я оскорбил вас своим пылом?

— Что?!

— Считается, что брак есть священный и благочестивый союз и к супруге следует относиться с должным уважением, не оскорбляя ее похотью. — Судя по интонации, он явно повторял за какой-то назидательной книгой вроде «Правил светской жизни и этикета», что я взяла с собой. — В супружеском долге подобает страсть совестливая и благородная.