«Братская могила экипажа». Самоходки в операции «Багратион»

Два гранатометчика в противогазных масках и плотных перчатках с массивными трубами «панцершреков» и автоматчик с «МП-40». В этих зловещих фигурах с лицами, закрытыми масками, неживыми круглыми стеклянными глазницами, капитану виделась сама смерть.

– А вот хрен вам! Жрите!

Бакулин лихорадочно нажимал на спуск 9-миллиметрового массивного «браунинга». Выстрелы звонко хлопали один за другим, в магазине было тринадцать зарядов. Первая или вторая пуля угодила в матовую глазницу гранатометчика, из затылка брызнуло красное с серым.

Для комбата было целесообразнее стрелять в автоматчика. Со своим «МП-40» он был опаснее, чем гранатометчики. Однако контузия, страх, эти зловещие фигуры так подействовали на Бакулина, что он расстреливал их, не обращая внимания на автоматную трассу, тянувшуюся к нему.

Как бы то ни было, но капитан спас самоходку лейтенанта Морохи. Один гранатометчик был мертв, второй с простреленной грудью, задыхаясь, пытался сорвать с лица противогаз. Но и сам Юрий Акимович Бакулин лежал на хвое, пробитый несколькими пулями.

В гаснувшем сознании промелькнула мысль, что, если бы он не открыл стрельбу, немцы вряд ли бы его заметили. Но Бакулин не жалел, что подставил себя под пули. Он удачно начал бой и достойно его закончил. Из слабеющей руки выпал еще горячий от быстрой стрельбы «браунинг». У каждого своя судьба…

В автоматчика открыл огонь экипаж самоходки. Он шарахнулся, уклоняясь от пуль. У него имелось два выхода: либо убегать, либо схватить реактивное ружье и взорвать самоходку. Второй вариант был для него смертельно опасен.

Но, глядя на мертвого русского капитана, недочеловека, проклятого коммуниста, не пожалевшего свою жизнь ради товарищей, автоматчик схватил гранатомет. До самоходки всего сто шагов – он не промахнется.

Пуля пробила ногу, еще одна ударила в бок. Времени надевать противогаз и перчатки не оставалось. Когда он нажимал на спуск, еще две пули вошли в живот, сбив его с ног. Гранатомет оглушительно выстрелил. Увесистая мина с шипением ушла вверх, а сноп огня из трубы поджег траву.

Заряжающий из экипажа Бакулина глянул на мертвое тело командира. Рядом ворочался автоматчик, на нем тлели брюки, пахло горелой плотью. Оба гранатометчика в своих жутких масках-противогазах лежали мертвые. Больше всего младшему сержанту хотелось убежать, но он пересилил себя.

Достал из карманов комбата Бакулина документы, отцепил ордена и подобрал пистолет. Трофейный автомат был с пустым магазином. Боец, обжигаясь о тлеющие брюки, вытащил из-за голенища сапога запасной магазин и зарядил автомат.

Из рубки самоходки что-то кричали. Младший сержант побежал к машине и увидел облако пыли на дороге. Шли наши самоходки, танки, грузовики с пехотой.