Сладкий хлеб мачехи

Я один, ты одна…

— Погоди… Погоди, Павел. Что-то я ничего не понимаю. По-моему, я тебе не говорила, что я одна.

— А о таких вещах не говорят, о них догадываются. Вот и я догадался. Ведь ты одна?

— Да… Но… Но ты же… Ты же вообще обо мне ничего не знаешь!

— А ты расскажи. Вот возьми и расскажи мне все с самого начала. И не торопись. Время у нас есть, вся ночь впереди.

Он огляделся, шагнул в комнату и, прихватив по дороге стул, решительно поставил его перед Басей, оседлал по-хозяйски спинкой вперед. Сложив руки на перекладину и уперев в них подбородок, смело глянул ей в глаза, улыбнулся ободряюще:

— Ну, давай, рассказывай…"

"— …Вот, собственно, и вся моя история… Смешно, правда? Мачеха сделала свое дело, мачеха может уходить…

Павел поднял голову, медленно покрутил ею из стороны в сторону, слегка прогнулся назад.

Потом проговорил грустно:

— Да уж… Нехорошая история, конечно. А с другой стороны… Знаешь, как говорят? Говорят, худа без добра не бывает. Ты правильно сделала, что уехала. И я бы тоже уехал.

— Тебе хорошо говорить…

— Да знаю, знаю. Чужую беду руками не разведешь, конечно. А только знаешь… Ты это… Ты возьми и забудь!

— Как это?

— А так! Все равно другого выхода нет.

Возьми и забудь! Начни жизнь сначала! Помнишь, о чем мы в поезде с тобой говорили? Раз жизнь дадена, надо ее все равно как-то жить… Вот и давай ее жить вместе. Ты мне нужна, ты дочке моей нужна… А я… Я никогда с тобой так не поступлю…

— Нет, все-таки странно все это. Очень странно. Тебе не кажется? Какой-то у нас разговор получается, как у двоих сумасшедших.

— Нет. Мы не сумасшедшие. Мы… мы просто… Как бы это сказать… Мы не сумасшедшие, мы спасающиеся. Нас жизнь на остров выбросила, и мы спастись должны, понимаешь? Вместе спастись.

Как бы дико это ни звучало. Поедем, Бась, а? Там Варька одна осталась, ждет…

— Ты думаешь, у нас что-то получится?

— Обязательно получится! У тех, кто хочет спастись, всегда и все получается!

— Но мы же… Мы же не знаем друг друга… И… не любим…

— Ничего. Полюбим. Любовь — дело наживное. Не знаю, как ты, а я в себе просто уверен. Не зря же меня так потянуло за тобой поехать. Это судьба, Бася. Решайся!

Подняв голову, она медленно огляделась кругом. Все та же комната с темным окном, с портретом на стене, с убогой обстановкой, с притаившейся в углах смертной тоской.

О, одиночество, как твой характер крут. Нет, наверное, он все-таки прав, этот Павел. Надо бежать, надо спасаться. Надо как-то жить, раз жизнь зачем-то дадена…

— Что ж, хорошо, Павел. Давай попробуем.

— У нас обязательно все получится, Бася.

— Да. Получится. По крайней мере, я буду стараться, чтобы получилось. Я очень, очень буду стараться, Павел.

— Мы вместе будем стараться…

Ранним утром они вместе вышли из квартиры.