Если враг не сдается

Самарская область — чеченская террористическая группировка Магомедова в этом регионе — его «очевидная» связь с Лечей Мавлидовым, который сдал «своего человека в учебном центре спецназа» (Игоря Батерского), а потом вздернулся — 191-й «Орск — Москва», на котором ехал Батерский. Можно ли продолжить, а скорее — закончить перечень «дипломированной летчицей» Эльвирой Мусаевой, проходившей службу в отдельном вертолетном полку боевого управления СКВО и подозревающейся в подготовке к теракту в аэропорту имени Ататюрка? Закончить-то можно, а как насчет того, чтобы увязать всё это с Батерским? Собственно, выпускник школы снайперов одной ногой уже увяз в этом деле. Но мог занести и вторую ногу.

Овпбу. Отдельный вертолетный полк боевого управления. Подготовка к теракту.

Едва справляясь с волнением, Артемов, прихватив со стола радиограмму, направился к командиру части; дежурный подсказал, что полковник сейчас у начальника штаба, а вместе с ними — генерал-майор Мельников.

— Сергей Сергеич, — с порога начал Артемов, бросив короткий взгляд на Николая Мельникова, — Батерский мог знать о предстоящем рейде за два или три дня?

— Батерский?.. Черт, я никак не привыкну. Вряд ли. Если только от кого-то из группы Седова. А им-то какой резон рассказывать об этом?

— Резона нет, согласен. В котором часу его инструктировал капитан Шаров?

— Сразу после нашего с ним разговора. — Кондратов вспомнил свое вступительное слово: «В сортире глаза велики. К нам едет ревизор. Полковник Артемов».

— Во сколько точно?

— В девять, начале десятого, — пришел на помощь командиру части начштаба.

— Сколько, по-вашему, длилась беседа капитана с командиром рейдовой группы?

— Думаю, два часа, не меньше, — ответил Кондратов. — А что?

— Так... Значит, Батерский освободился часов в двенадцать. И если он сразу же связался со своими сообщниками в Самаре, то на всё про всё им оставалось меньше суток.

— Что случилось, Михаил Васильевич?

— Боюсь, рейдовой группы уже нет в живых. Вы, Сергей Сергеич, говорили, что на связь выходил сам прапорщик Седов?

— Да.

— А почему не радист? Кто в группе Седова пошел радистом?

— Сержант Юрий Тимченко.

— Меня интересует вот еще что. Вы планировали забрать обе группы вертолетом?

— Да.

— Батерский мог знать об этом?

— Возможно, ему сказал капитан Шаров. Точнее сказать не могу.

— Плохо, очень плохо. У кого из военнослужащих есть сотовые телефоны?

— У некоторых офицеров и сержантов-инструкторов.

— Батерский мог сделать телефонный звонок из штаба — но без свидетелей?

— Вряд ли. В дежурной комнате всегда кто-то есть.

— Еще откуда он мог позвонить?

— Из тренажерного класса.

— Там тоже есть телефон?

— Факс.

— Вчера факсом никто не мог воспользоваться, — категорично заявил подполковник Коваль.