Гордый, жестокий... желанный

Они прошли к фонтану Треви, где Пенни и Хлоя бросили монетки через плечо.

— Чтобы мы вернулись сюда, — заговорщицки сказала Пенни.

Потом они взобрались по Испанским ступеням, и сверху Пенни восхитилась видом на Рим. Когда они вернулись в отель, Санто был совсем тихий. Еще одна ночь прошла в разных номерах, а утром они снова сели в машину, но Санто не сказал им, куда они едут. Так или иначе, настроение у него было еще хуже, и далеко они не уехали, высадившись у частного дома, от которого открывался чудесный вид на холмы. Пенни вопросительно посмотрела на Санто.

— Дом моего отца, — тихо сказал он.

Она была бы счастлива, если бы Санто относился к этому по-другому. Он был так очевидно несчастлив здесь, что Пенни поняла, что с ним было последние дни.

— Ты уверен, что хочешь этого? — спросила она, ласково трогая его руку.

Санто посмотрел вдаль и вздохнул, прежде чем ответить:

— Нет, я не хочу, но для Хлои я сделаю все.

Теперь Пенни все поняла. Он был здесь, потому что чувствовал, что так надо, не ему, а Хлое. С одной стороны, Пенни восхищалась его мужеством, с другой — волновалась за Хлою, если дела пойдут не совсем хорошо.

Девочка, однако, не разделяла ее беспокойства.

— Чей это дом, папа? — с любопытством спросила она.

— Здесь живет мой отец, Хлоя, — ответил Санто.

— У тебя тоже есть папа? — спросила Хлоя. — Ой, я хочу его увидеть!

Сердце Санто колотилось, пока он ждал ответа на стук в дверь. На самом деле он молился, чтобы отца не было дома. Встреча с ним дастся ему нелегко. Сколько лет он не переступал порог этого дома? Девятнадцать? Двадцать? Его могут даже не пригласить войти, и что о нем подумают Пенни и Хлоя в этом случае?

Наконец дверь открылась, выглянула женщина.

— Да? — сказала она по-итальянски. — Что вы хотели?

— Мой… Синьор Ди Люка дома?

— Да. Как о вас доложить? — Женщина с интересом посмотрела на Пенни и Хлою.

— Я сам доложу. — Санто прошел мимо нее, не обращая внимания на ее испуганное лицо.

Теперь, зайдя так далеко, он не мог дать отцу предлог заявить, что Санто не хочет его видеть. Пенни и Хлоя пошли за ним, все еще крепко держась за руки.

— Отец, — сказал он по-итальянски.

Антонио Ди Люка поднял голову. Выражение его лица было комичным, но Санто не улыбнулся.

— Ты! — выкрикнул старик. — Что ты здесь делаешь?

— Я могу уйти, — заявил Санто.

Ему следовало понять, что это будет пустая трата времени. Отец даже не поздоровался, даже не улыбнулся.